— Хей, Бэзил! Это просто анбиливибл! Наш любимый прожектобл уже в эту фрайдей!

— Грег, ты что крэйзи?! Тикеты же разобрали. Спрос как на фэшн-вик в Париже!

— Бэзил, для ви-ай-пи-персон такие траблы - это решаебл. Органайзеры добавили еще плейсов для импортант пипл!

— Омайгадбл, Грег! Это просто суперабл!

Late Night Show «прожекторрайангослинг: добро пожаловать в нулевые!» уже в эту пятницу!

Добавили немного мест для тех, кто очень хотел, но не успел взять билеты. Не упустите единственный шанс увидеть вживую первый прожекторрайангослинг офлайн!

Когда: 17 апреля в 19:30.
Где: Бар "Невротик"
Билетбл: https://moscow.qtickets.events/223878-besedy-o-nulevykh

Говорим про экономику на Живом гвозде: https://www.youtube.com/watch?v=9prsJudvfEM

В знак поддержки Виктории Бони я принял решение сегодняшнее вечернее офлайн шоу переименовать в "прожекторвикабоня". Райан Гослинг разрешил.

Продолжаю наблюдать переход туристической индустрии от фазы экстенсивного роста к этапу отраслевой зрелости. Новость о передаче бюро Асадова «Интерросом» архитектурной концепции «Парка «Три вулкана» на Камчатке — очередное подтверждение. Де-факто перед нами кейс по созданию сложного инфраструктурного продукта с длинным горизонтом планирования, где территория воспринимается в качестве долгосрочного актива.

Современная туристическая индустрия — это капиталоемкая отрасль, где необходимо реализовывать круглогодичные проекты. Такая модель позволяет сгладить сезонную волатильность выручки, повысить загрузку инфраструктуры, удлинить горизонт окупаемости и удерживать часть внутреннего спроса внутри страны.

Релевантным примером здесь выступает «Роза Хутор». Проект доказал, что единственно жизнеспособная модель для масштабных кластеров — это всесезонность. Так, летом 2025 года он принял более 1,03 млн гостей, а загрузка отелей превысила 75%.

Важно, что современные игроки начинают работать с территорией комплексно, внедряя в продукт культурный код, научно-экспертный и экологический контуры. В феврале 2026 года «Интеррос» договорился с «Сириусом» о совместном развитии экотроп, образовательных программ и проектов по снижению антропогенной нагрузки, а в марте на «Розе Хутор» запустили научный проект по сохранению каштановых лесов Кавказа.

Все это действительно похоже на фундаментальный сдвиг в индустрии: переход от девелоперской логики «быстрого кэшфлоу» к стратегическому управлению активами на 15–20 лет частной компанией. Будущее внутреннего туризма — за стандартизацией процессов, цифровизацией, сохранением и развитием локальной идентичности. Но это как раз и означает, что работать с территорией необходимо как с долгосрочным активом. Именно такие проекты будут способствовать созданию новых точек притяжения во внутреннем туризме. И развитию тех, где уже есть определенный задел.

У меня совсем не было времени на прошлой неделе. Не было настолько, что я даже на решение ЦБ по ставке не отреагировал.

И тем не менее... я хочу спросить: это достойно стрима?

Спрашивают про ОАЭ и ОПЕК+/-. Лучше, чем @sergeyvakulenko, вряд ли кто-то напишет:

У ОАЭ отношения с Саудовской Аравией давно развивались не слишком просто, в том числе, и лично между Мохаммедом бин Зайедом и Мохаммедом бин Салманом.

У ОАЭ тоже были и есть претензии на лидерство или, как минимум, готовность соперничать с СА за лидерство в арабском мире. Наконец, ОАЭ оказались основной мишенью для атак другого члена ОПЕК, Ирана.
В принципе, военное противостояние не мешало странам взаимодействовать и сотрудничать в рамках ОПЕК, например, в 1980-е, несмотря на очень жестокую войну, Иран и Ирак оставались членами организации, как и Кувейт с Ираком позже.

Но у ОАЭ есть и другие причины. ОАЭ давно заявляли о желании резко, на 30%, увеличить добычу. В рамках ОПЕК это было практически невозможно.
ОАЭ сильнее многоих других стран-членов открыли свой нефтяной сектор для иностранного участия, большинство проектов развиваются ADNOC в кооперации с международными нефтяными компаниями. Для них неопределенность , связанная с неизвестностью, сколько можно будет добыть, это препятствие для инвестиций, а для страны-хозяина раскладывать квоту сокращения между проектами с разной структурой участников - занятие довольно проблематичное и чреватое вечными спорами и конфликтами.

Если ОАЭ исходит из стратегии, что нефтяная эра приближается к закату и что нужно поскорее монетизировать по максимуму свои нефтяные запасы и вложить эти деньги в развитие по другим направлениям, то из картеля выходить имеет смысл - причем, начинать стоит быстрее, пока остальные не начали резко пытаться делать то же самое.

Хотя здесь и сейчас они могут считать, что окончательно рвать с ОПЕК+ время еще не настало, но чем договариваться на приращение квоты от нынешнего уровня, проще выйти из организации, поднять добычу и вернуться на новых условиях и с новой квотой.

Сейчас, пожалуй, наименее болезненный момент для подобного объявления — цены на нефть высоки, на рынке наблюдается реальный дефицит предложения из-за закрытия Ормузского пролива, а как минимум в течение года после его открытия спрос останется повышенным: страны будут пополнять резервы, израсходованные с февраля, — так что цены удержатся на достаточно высоком уровне.

Без ОАЭ ОПЕК значительно ослабнет: другие крупные производители — Иран и Ирак — не располагали сколько-нибудь существенными резервными мощностями; в основном эту роль выполняли ОАЭ и Саудовская Аравия. Если ОАЭ начнут добывать нефть на пределе своих мощностей и откажутся от роли регулятора нефтяного рынка, эта ответственность ляжет преимущественно на Саудовскую Аравию.