... продолжение

Почти все это время мы еще умудрялись вести съемку.
В госпитале нас осмотрели и начали пытаться раздеть и осмотреть.
- Да у меня рука только, все же и так видно, - попытался было возразить я , но молодые медики- парень и девушка вежливо, но настойчиво попросили дать им делать свою работу. Я не стал спорить и снял бронежилет.Эти двое тут же начали быстро осматривать меня и ощупывать руками. И тут девушка показала дырку на моем правом кармане. Раньше ее точно не было. Если это осколок, то как он там оказался? Там же броней было все закрыто? Я потрогал карман и нащупал аккумулятор от камеры. Я никогда в жизни не клал их в нагрудные карманы, ни кителей, ни рубах. Почему, я в тот день положил его в нагрудный карман рубашки, я не знаю, да и не помню. Я аккуратно достал акум и увидел застрявший в нем осколок, который прошил его почти полностью. Я вообще ни сном, ни духом не понял, как так вышло, но факт остается фактом. Этот акум с осколком по сей день хранится у меня как память о моем невероятном везении и тех славных временах.
- Во как… Вот вам и хорошие новости…- подумал я и спрятал акум в тот же нагрудный карман, памятуя, что мы еще не улетели. Дальше нас заштопали и сказали что все нормально. Когда мне зашили руку наглухо, я удивился. У нас обычно раны не зашивали полностью, оставляя дренаж. Здесь же заштопали полностью. Я спросил за дренаж, на что получил удивленный взгляд местных медиков, которые сказали, что все будет нормально и вручили мне несколько пачек антибиотиков.
- Ладно, разберемся…- не стал спорить я, решив что обязательно покажусь в наш МОСН как прилечу на Химки, а по дороге покажусь в Камишлях к нашим врачам…
Мы вышли в коридор военного госпиталя, где нас ждал генерал. Он посмотрел на меня и сказал:
- Видишь, Али не случайно тебя ранило на Пасху. Так ты хоть немного прикоснулся к боли, которую испытывал Христос ради нас. Так что все это не случайно.
Тогда довольно удивительно было слышать речи о Христе от друза, но позднее, пожив немало времени в Сирии, я узнал, что многие друзы, алавиты, шииты и даже сунниты очень уважительно относятся к христианству и к Христу. Тогда же это было прямо откровение.
- Через час будет вторая вертушка, - продолжил генерал, - и нам нужно подумать, чтобы вы успели сесть в этот раз без приключений.
Прибыв на площадку, мы укрылись в одном из зданий без окон, проемы которого были завешены одеялами. Когда вертушка прибыла, мы скорректировали ее посадку по рации прямо возле этого здания. Дальше сделали две линии, чтобы посадка и выгрузка вертушки проходили одновременно. Получился наш план просто классно. Мы очень быстро сделали выгрузку - погрузку и поднялись в воздух. Прежде чем полететь в Камишли, мы отклонили курс в сторону аэробазы Д. Зора, где была напрочь отрезанная от всех и всего группировка сирийцев. Там посадка любого транспорта была исключена по умолчанию, после того как их отрезали от основной группировки, обороняющей Д. Зор. Авиация там стала работать уже с приближением деблокады, когда даиши отошли от базы на безопасную для взлетов - посадок дистанцию. А тогда мы сбросили лепешки в мешках, консервы и цинки с патронами. Другое было сбрасывать бессмысленно, так как после сброса с высоты 4 км мало что уцелело бы. Сбросив груз над аэробазой, мы полетели в сторону Камишли.

Продолжение следует…