Наш слон Павел Дуров предложил женщинам причаститься его спермой и оплатить процедуру ЭКО. И даже пообещал какую-то часть наследства, поэтому желающие вроде как нашлись.

Интересно, что западные технобро вовсе не первые, кто додумался до этого перехода к r-стратегии лягушки, стремящейся разметать икру по всему свету. У китайских богатеев уже годами, а то и десятилетиями, существует мода на использование иностранных суррогатных матерей. Поначалу это требовалось им для обхода китайский государственных ограничений на деторождение. Но после отмены ограничений они просто вошли во вкус. Причины называют разные: распространить генетический код, наплодить потенциальных наследников или даже дочерей для заключения "династических браков". Некоторые базовые китайские слоны утверждают, что произвели на свет по нескольку сотен суррогатных потомков. Впрочем, подозреваю, что масштабы тут могут быть преувеличены — одним себя похвалить, другим сенсация.

Но задача китайских товарищей отнюдь не в том, чтобы просто разметать побольше икры. Метать икру было бы проще на каких-нибудь Филиппинах и в прочих юрисдикциях, где суррогатные матери наверняка стоят копейки. Вместо этого, китайские товарищи предпочитают плодиться в США, где производство одной единицы потомства под ключ стоит 200 тыс. долларов. Смысл понятен: в США действует 14 поправка, и всякий рожденный на свет суррогатный младенец становится гражданином. Так китайские принцы протягивают свои щупальца в США, рассчитывая, что выросший суррогатный потомок затем станет агентом влияниях их фамилии или типа того. Тут, конечно, интересно будет поглядеть в будущем, сколько потомков станут нормальными людьми и пошлют на хрен таких суррогатных родителей. Но, впрочем, даже если часть вырастет, получит хорошее образование и согласиться стать проводниками интересов транснациональных семейств, то это уже можно будет считать некоторым успехом. На то оно и r-стратегия, что "выживает" только некоторый процент.

Стратегия размножения лягушки, разумеется, совершенно неестественна для человеческого вида, являющегося своего рода венцом K-подхода (малое число потомков требующих большой заботы). Ситуация, когда один мужчина имел возможность оплодотворить сотни женщин, могла возникнуть только в историческое время. Тогда же, когда технический прогресс позволил государствам аккумулировать ресурсы и вести обширные завоевания. Однако гаремные деспотии по всем параметрам проигрывали западным моногамным обществам, включая даже параметр фертильности. А потому выбыли из исторической гонки. А теперь, благодаря новым технологиям, изначально призванным помогать бесплодным моногамным парам, древние практики гаремного размножения внезапно обретают новую жизнь. Понятно, что люди появившиеся в новых суррогатных гаремах, не будут ничем иным, помимо капли в море, но все равно выглядит забавно.

В американском Миннеаполисе агент ICE застрелил женщину. На видео видно как машина перегородила дорогу. Двое агентов идут к машине, затем один пытается открыть дверь, женщина дает по газам и пытается уехать. Тут сбоку вырисовывается еще один агент, который открывает огонь. Я пересмотрел видео несколько раз. И это не выглядит, будто она пыталась его переехать. Напротив, видно, что она пыталась проехать мимо, стрелявший находился сбоку и его жизни ничего не угрожало. Тем не менее Трамп и ко сразу объявили погибшую "домашней террористкой", а фанбаза вовсю поддерживает этот нарратив.

У Скотта Александра есть старый чудесный текст - "Толерантность и аутгруппа". Написано там о том, что общество США делится не на расы или гендеры, а на большие политические племена, синих и красных, каждое из которых может проявить толерантность к чему угодно, помимо представителей враждебного политического племени.

Когда случаются убийства полицией черных, представители красного племени, которые за "сильную руку", любят подчеркнуть, что убитые были наркоманы-рецидивисты и вообще "13% на 50%". Может показаться, будто дело в расизме. Но если просто взять прошлый год: американские менты убили 543 белых, 326 черных, 231 латиносов. Будучи черным, словить пулю в три раза проще, но в абсолютных цифрах белых убивают больше. Чтобы выдержать догму об отсутствии проблемы полицейского насилия, красное племя должно закрывать глаза на 543 мертвых белых или делать вид, будто их всех убили совершенно правомерно. И как видим на практике: как только федеральные агенты всадили три пули в белую женщину, мать троих детей, ее просто объявили левацкой террористкой — то есть, представительницей аутгруппы. Вопрос "своих" вовсе не расовый, он чисто идеологический.

Пять лет тому назад красное племя водрузило на знамя Эшли Бэббит, застреленную федералами в ходе штурма Капитолия. Стрелять в Эшли Бэббит было ровно столько же оснований, сколько было нынче оснований стрелять в Рене Гуд (то есть, никаких). Но есть огромная разница: Бэббит застрелили коварные агенты дипстейта при Байдене, Гуд застрелили наши мальчики защитники от нелегалов (справедливости ради, на костях Бэббит тогда плясали представители синего племени).

Красное племя годами голосило про "права штатов", в особенности, когда те штаты запрещали аборты. Красное племя поносило ФБР, АТФ и прочих федералов, особенно когда те устраивали рейд на очередную "орегонскую милицию". Но поглядите теперь на красный твиттер — почтение к федеральным агентам там льётся через край. А женщина, которая в своем синем, либеральном штате выехала на трассу в знак протеста против залетных федералов в масках — тут же становится террористской. Куда же подевались "права штатов"? А не было никаких "прав штатов", была разменная монета.

Или был в США когда-то трагический эпизод — осада Уэйко, секты "Ветвь Давидова". Это история преступной халатности ФБР, когда благодаря их действиям погибла куча народу, включая детей. Но особенно ретивые члены красного племени убеждены, что ФБР вообще не должно было соваться в Уэйко. Дескать, трахал лидер секты, Дэвид Кореш, своих 12-леток, и че такого. Но вот открывать огонь по Рене Гуд можно, хотя, в отличие от мучеников красной стороны, та не трахнула ни одного ребенка. Просто она воплощает ненавистную аутгруппу.

Была робкая надежда, будто наличие "объективных доказательств" может пересиливать племенную солидарность. Но гляжу я нынче на трампистов в твиттере: там, где я вижу явную попытку проехать мимо агента, они видят "явную попытку наезда"; там, где я вижу как стоящий рядом агент выстрелил в окно проезжающей мимо него машины, они видят как "он еле успел отпрыгнуть". Но у Скотта Александра есть объяснение и этому феномену. Просто дело в том, что говорить правду — это плохой сигнал племенной лояльности. Дешевый. Правду может сказать любой. И непонятно чему он лоялен — то ли племени, то ли правде. А вот превозмочь собственные зрительные рецепторы, разглядеть на видео нечто такое чего там нет, зато есть в племенной догме — вот он настоящий, дорогой сигнал, твердящий о лояльности Племени и Вождю.

Небольшой бонус. Минувшей осенью федеральные пограничники (бордер патрол) подстрелили (пять раз) некую Мартинез, а затем обвинили ее в том, что она пыталась въехать в них на машине. Тогда тоже сразу заголосили про "домашний терроризм", а минюст поспешил предъявить обвинения, по которым подстреленной грозило 20 лет. Но затем видео показало, что все было наоборот:

For example, federal prosecutors in Chicago dropped charges in November against Marimar Martinez, a woman who was shot five times by a Border Patrol agent. The government accused Martinez of ramming an agent's vehicle, but according to Martinez's lawyer, video showed an agent turning his vehicle into her car, after which an agent said, "Do something, bitch." The agent then got out of his car and started shooting at Martinez. DHS' original press release described Martinez as a "domestic terrorist" with a "history of doxxing federal agents."
https://reason.com/2026/01/07/ice-shoots-and-kills-woman-in-minneapolis/

В общем, вышла неувязочка и обвинения пришлось снять. Весело живут, что сказать.

Есть также видео с другого ракурса. Но при желании из него можно сделать вывод, что стартанувшая машина задела бортом стоявшего агента, который сразу принялся стрелять (здесь ближе к середине показывают оба видео сразу). Однако что невозможно разглядеть даже на этом видео, так это угрозу жизни. Ни скорость, ни направление движения не позволяют предположить, будто целью погибшей было раздавить уважаемого агента важной федеральной службы.

Впрочем, можно побыть адвокатом дьявола, и взглянуть на это с перспективы стрелявшего. Он принимал решение за доли секунды. В его положении трудно было разобраться, есть ли угроза или нет. В условиях неопределенности он принял решение стрелять. Пускай решение даже оказалось ошибочным.

Но, даже при таком подходе, впору поставить вопрос: а насколько это вообще разумна практика, когда менты сходу направляют оружие на людей в ситуациях, где не идет речи о задержании опасного преступника? Понятно почему нужно идти с поднятыми стволами на гангстеров. Но у американских правоохранителей есть чудесная привычка в любой непонятной ситуации тыкать стволами в людей — будь то протестующие или нарушители ПДД. Вот и здесь так. Когда перед вами безоружная баба, нет оснований не только стрелять в нее, но и просто наводить оружие. Если бы пистолет оставался в кобуре, то агент отделался бы легким испугом, уехавшая получила бы штраф за неподчинение или что там реально положено, вместо внесудебной казни.

Такая привычка тыкать во все стволами — часть того, что американцы называют militarized police. Полиция превращенная в армию. Задача армии — уничтожать все, что движется, а потом разбираться. Но задача полиции принципиально другая: защищать граждан и задерживать преступников. Именно задерживать, уничтожать только в случае угрозы. Когда полицейский заведомо рассматривает в качестве угрозы любого человека — это не полицейский, а солдат. Какой армии? Ну да, выходит, что какой-то чужой, оккупационной. А потом еще удивляются, откуда берутся лозунги defund the police, мы же вас, дураков, защищаем. Так защищают, что невозможно рядом стоять без опасений отхватить пулю.

Как отметил Павел Дубравский, силовиков в США учат "стрелять до устранения угрозы". Только важное уточнение — это потенциально относится ко всем людям вокруг. С такими протоколами поведения что-то фундаментально не так. Вплоть до того, что экономист Алекс Табаррок предлагал и вовсе разоружить полицию. Табаррок писал только о дорожной полиции — мол, зачем регулировщикам оружие. Но безоружная полиция — это не то чтобы фантастика. К примеру, в Британии обычные полицейские безоружны (кроме Ольстера, где как раз полувоенная зона). И ничего, живут же как-то британцы, имея уровень убийств в 5 раз ниже, чем в США.

Но понятно на какие возражения такой подход натыкается в США: в стране, где на каждого жителя, включая младенцев, приходится по три легальных ствола, безоружный полицейский станет просто живой мишенью. Этим же оправдывают и привычку держать на мушке всякого встречного-поперечного. Ссыкотно ведь, а вдруг у него ствол? Но шутка в том, что возможность покупать стволы на базаре безо всяких проверок — это часть того же консервативного нарратива, что одобрение ментов, палящих по гражданам. Попробуй там заикнуться про минимальные бэкграунд чеки — поднимается вой до небес. Про федеральное правительство, мечтающее лишить простых американцев свободы. Это в смысле про плохое федеральное правительство, маскарад людоловов из ICE - это хорошее федеральное правительство, не путайте.

Вот и живут со свободой бояться как бы не чихнуть случайно так, чтобы у нервного мальчика в униформе палец не соскользнул на крючок. При этом трампистским губошлепам хватает наглости учить Европу свободе. В Европе, конечно, полно проблем. Но там и уровень насильственной преступности ниже, и по тысяче людей в год менты не убивают. А эти и сами живут как черти, и Гренландию еще в свою клоаку затянуть хотят. Сияющий град на холме, куда деваться.

После американского кавалерийского наскока на Венесуэлу идут обсуждения хорошо это или плохо для венесуэльского народа. Интересно, что у самого Трампа эти судьбы венесуэльского народа хоть и упоминаются, но занимают явно не главенствующее место. И идут после "моей хемисферы", "американских интересов" и того радостного факта, что американские товары будут покупать за венесуэльскую нефть.

Нарушение священного суверенитета ради спасения людей принято называть "гуманитарной интервенцией". Однако сам по себе подход "гуманитарных интервенций" противоречит подходу "национальных интересов". Корни "гуманитарных интервенций" достаточно древние. Их можно вывести из христианской концепции справедливой войны и августиновского допущения о применении силы для восстановления справедливости и защиты пострадавших. Интересно, что, согласно Августину, реально круто для христианина защищать вовсе не себя. Что круто, так это защищать других, пострадавших от некой несправедливости.

Гуманитарные интервенции наследуют такой подход, с той разницей, что они не про христианство, а про религию "прав человека". Но также требует определенного самоотречения. Как показывает практика, принести "свободу и демократию" в другую страну крайне сложно. Одних крылатых ракет для этого мало. Нужно держать на местах крестоносцев, люстрировать еретиков, просвещать невежественных. А еще молиться. Много молиться. Ибо из чтения всякой институционалистики я понял главное: появление "хороших институтов" - это в основном про волю Господа, чьи пути, как известно, неисповедимы.

Но проблема в том, что в противоречие с таким религиозным альтруизмом входит сама логика национального государства. Оно произвольно наделяет статусом "своих" некую общность, а все остальные оказываются за бортом национального эгоизма. Поэтому в случае гуманитарных интервенций нацгосударственное кредо сразу ставит жесткие вопросы. Какого хрена мы должны тратить наши ресурсы и жизни наших мальчиков на то, чтобы обустроить жизнь в какой-то другой, чужой стране? А нам самим с того вообще какая выгода?

Можно снять чужого тирана. Но исчезновение тирана не означает исчезновения тирании. По сути это только начало. Дальше требуется огромная работа по демонтажу тиранической властной пирамиды и замене ее чем-то другим. Но здесь националистическая логика берет свое, поэтому Трамп, как певец нацгосударственности, предпочитает просто договориться с ближайшим окружением похищенного, чтобы оно впредь вело себя "хорошо" (в первую очередь в отношениях с США). Похищенного Мадуро, конечно, ничуть не жаль. Sic semper tyrannis, как говорится. Но, без демонтажа самой системы, кому оказывается выгодно снятие ее первого лица? Тем, кто находился непосредственно под ним, теперь они могут занять его место. И в целом происходит некоторый сдвиг полномочий от главного бандита в пользу банды. В таких условиях банда сможет требовать от главаря большего куска пирога. Угрожая, в противном случае, снова сдать зарвавшегося на расправу иностранному суверену. У венесуэльского народа сейчас понятный момент радости, но в перспективе этот народ по-прежнему остается за бортом.

Однако при ином подходе, возьмись американцы за местную структуру власти всерьез, это было бы сигналом для автократических элит к тому, что надо сплотиться и драться за свои привилегии. А в самой Америке начался бы бубнеж про изоляционизм и "национальные интересы". Так что, можно просто заключить: последовательные нацгосударства едва ли способны на последовательные гуманитарные интервенции.

В последнее время только ленивый не посмеялся над "международным правом", указав на то, что сквозь его лицемерную обложку проступает "право сильного". Дескать, право сильного это нечто такое, что правило политикой примерно всегда, тогда как "международное право" лишь шаткая иллюзия, от которой мы наконец-то избавляемся.

Но в этом смысле интересно взглянуть на историю международного права, начав с самых старых временем. Например, со средних веков. В западном средневековье институтом, который пытался ограничить насилие была церковь. Она выработала две концепции: Божий мир и божье перемирие. Это можно назвать первой попыткой ограничить применение силы, распространявшиеся на западных христиан. К таким попыткам можно отнести и Крестовые походы - в смысле собрать все горячие головы отправить куда подальше.

Работало с переменным успехом (к примеру, в ходе четвертого Крестового похода на Константинополь пошли прямо перед Пасхой, наплевав на всякий "божий мир"). Однако затем случилась Реформация. Единая христианская юрисдикция распалась на враждующие фракции, считающие друг друга еретиками и кощунниками, а потому не соблюдающие никаких правил войны. После полутора сотен лет христианской фундаменталистской резни, возникла Вестфальская система. Построенная примерно так: мол, давайте уже заканчивать с этими религиозными войнами, договоримся на том, что карта теперь делится на суверенные территории, связанные сложной системой договорных отношений. Худо-бедно работало. 18-ый век - эпоха относительно джентльменских войн. Набранные по кабакам рекруты выстраивались в красивые ряды, территории переходили туда-сюда и меняли суверена без массовой резни со славу той или иной версии христианского Господа.

Продлилось недолго. Пока во Франции не началась эпоха массового национализма, позволившая содержать огромную армию призывников. Последовали Наполеоновские войны, во славу гражданского национализма кровью залили пол Европы. Наполеона удалось утихомирить. Установили Венскую систему международных отношений с несколькими крупными державами во главе ("концерт держав"). Худо-бедно работало. Конец 19го века называли Прекрасной эпохой, в том числе исходя из малого количества войн. Речь, конечно, только про Европу, без учета колониальных ужасов (кто их там считает?).

Продлилось снова недолго. Грянула Первая мировая война, которая к удивлению примерно всех своих участников превратилась в затяжную катастрофическую мясорубку. Могучие империи, в том числе предыдущие члены "концерта", порушились. На осколках выросли националистические и социалистические режимы один другого краше, которые тут же принялись резать соседей и немного евреев. После ПМВ установилась Версальская система, попытались создать первую формальную организацию (Лигу Наций). Проработало это все еще меньше предыдущих попыток. Вторая мировая война стала еще большей мясорубкой, чем первая. Огромные потери, этнические чистки, Холокост, ковровые бомбардировки городов. На смену пришла Ялтинско-Потсдамская система и ООН. Остатки чего сегодня благополучно трещат по швам.

Какой здесь можно сделать вывод? Пожалуй то, что "право сильного" исторически в первую очередь не нравилось самим сильным. Они-то и пытались раз за разом установить систему правил игры, ошалев от того, что происходило в те периоды, когда это самое "право сильного" разворачивалось на полную, будь то резня во имя Господа, во имя нации или во имя светлого социалистического будущего. Но раз за разом эти попытки в итоге проваливались, потому на новом витке научно-технического прогресса баланс сил рушился, а на свет рождались новые идеологии и новые способы ведения войны.

Интернет, ИИ, чертовы дроны - это технологический прорыв не хуже книгопечатания, породившего Реформацию, или тех технологий, что сделали возможными массовые национальные армии. Поэтому сквозь одряхлевшую старую систему правил и начинает прорастать пресловутое "право сильного". Только чему тут радоваться непонятно. Новую систему международных отношений будут строить на костях обитателей старой.

Интересная история, о том, как тысячи агентов ICE вообще оказались в Миннесоте. В декабре прошлого года блогер и пранкер Ник Ширли прошелся по десятку детских и социальных центров Миннесоте, управляемым американскими сомалийцами. Где-то он не обнаружил детей, где-то ему не открыли. Вердикт: все это одна большая мошенническая схема, сомалийские НКО воруют миллионы из карманов честных налогоплательщиков. "А либеральные власти скрывают". При этом проверяющие органы утверждают, что все работает. Последующие журналистские проверки также не обнаружили доказательств мошенничества. Оказалось, что куда-то Ширли ломился в нерабочие часы, а где-то просто выложили видео с камер наблюдения, опровергающие утверждения Ширли об отсутствии детей. Похоже, единственный факт, который расследование Ширли железобетонно подтвердило: в стране, где случается по массшутингу в неделю и психи свободно бродят по улицам, пару подозрительных хмырей с видеокамерой почему-то могут не пустить в детский сад. Также оказалось, что у Ширли специфические представления о работе центров: например, он убежден, что если центр сертифицирован на 102 детей, то именно столько там и должно присутствовать разом.

(Справедливости ради: в Миннесоте и впрямь был коррупционный скандал с воровством денег на детские обеды. Только пропади на миллиарды, а 250 миллионов. И было это еще при деде Байдене в 2022 году. Тогда под раздачу попали 50 человек. Либеральные власти и СМИ почему-то не скрывали.)

Однако эмоциям нет дела до ваших фактов. Разоблачения Ника Ширли разошлись на сотни миллионов просмотров. Трамповский директор ФБР Кэш Патель закосплеил Славу КПСС и объявил, что "ради детей" теперь всех порвет. Трамповское правительство заморозило федеральные детские выплаты штату. Но главное, все это оказалось поводом для та-дам крупнейшей операции Homeland Security. То есть, для всех этих айсовцев наводнивших улицы и убивших Рене Гуд. По поводу Ричард Ханания сокрушается: мол, как же деградировали американские правые, которые превозносят ютубера-идиота, куда подевалась журналистика фактов и все такое. Не знаю, по мне так ютубная "журналистика" была всегда такой. Но в остальном вижу вполне себе рациональную и прагматичную политику Трампа.

Трамп обещал массовые депортации. Штат с наибольшим количеством предполагаемых нелегалов — это Калифорния (2.3 млн.). Туда Трамп уже совался, получил протесты поддержанные местной властью, ввел нацгвардию, но затем отсосал у суда и отполз на перегруппировку. Куда еще ломиться? По логике в Техас и Флориду (2.1 и 1.6 млн. нелегалов). Там операции проводят, без особого шума-гама и при поддержке красных властей. Но почему вдруг столько внимания Миннесоте? Это маленький штат, где нелегалов наберется в лучшем случае тысяч сто. При этом Миннесота - штат синющий, тринадцать раз подряд голосовал за демократов на президентских выборах. И губернатор там Тим Уолтц, который шел в паре с Камалой Харрис. То есть, заведомо понятно, что в Миннесоте людоловные операции натолкнутся на протесты. Но... как раз в этом и фишка! Раз синюю Калифорнию с наскока закошмарить не получилось (Калифорния большая, 40 млн. населения и 15% ВВП), то можно показательно закошмарить синюю Миннесоту (тут проще, 6 млн. и 2% ВВП), поставив раком известного публике Тима Уолца, другим синим губернаторам на заметку. Агенты ICE терроризирующие местных - не баг, а фича. В этом и смысл: затерроризировать в покорность. И тут удобный публичный повод подоспел: чертовы сомалийцы воруют наши налоги.

Для обеих сторон это теперь холм, на котором стоит умереть. Если Трамп, после Калифорнии, отсосет еще и у Миннесоты, то очевидно окажется куколдом. А прогнет Миннесоту, сможет прогибать и дальше. Для синих столь же важно отстоять этот бастион, иначе дальше их уже совсем окончательно примутся загонять под лавку. Местные уже выходят на улицы с оружием, а трамписты бьются в истерике, позабыв про и Кайла Риттенхауса, и про вторую поправку ("вы не понимаете, это другое"). Уолц мобилизует нацгвардию, Трамп грозится объявить это мятежом. А мы в Барнауле запасаемся попкорном и болеем за наших!

Впрочем, консервативные выступления в духе "вы не понимаете, это другое" при виде вооруженных леваков - это тоже добрая американская традиция. В 1967-ом году в Калифорнии был принят Mulford Act, запрещающий ношение заряженного огнестрельного оружия в публичных местах. Ранее таких запретов не было: можно было носить зарегистрированное оружие где угодно. Но в 1967-ом случилось невиданное: "Черные Пантеры" в Окленде организовали вооруженные патрули с целью защиты от полицейского произвола, при этом в своем манифесте они ссылались на вторую поправку и свое законное право носить оружие. Когда запретительный закон только начали готовить, тридцать "Черных Пантер" с оружием пришли протестовать к местному Капитолию. Мирно постояли, но всех страшно напугали. В газетах была истерика: "Вторжение в Капитолий", "Вооруженная банда негров" (50 лет прошло, а до чего знакомые заголовки).

В итоге закон, запрещающий публичное ношение оружия, предложенный республиканцем Дональдом Малфордом, был быстро принят. Республиканцы голосовали за, демократы тоже. Республиканский губернатор Рональд Рейган заявил, что "у граждан нет никаких причин носить заряженное оружие на улицах". Закон поддержали даже в НРА (Американской оружейной ассоциации), хотя в том же году в их журнале выходила статья, прославляющая "вооруженных граждан" и осуждающая ужесточение оружейных регуляций.

В общем, если вы американский левак и вы за оружие, то вам стоит вооружаться. Если вы американский левак и вы против оружия, то вам все равно стоит вооружаться. Ибо тогда против оружия начнут выступать уже консерваторы.

Трудно перестать читать американские новости. Американские правые инфлюенсеры собрались в каком-то клубе в Майями, накидали три ведра зиг под известную песню Канье Уэста. Теперь ожидаемо большой скандал. К чести участников, никто вроде бы особо не раскаивается. Наоборот, говорят, что в следующий раз еще больше назигуют.

Но зрелище вышло интересное. Тут вам и братья Тейты, отпрыски афро-американского отца, любящие помолиться в дубайских мечетях. Итало-ирландо-мексиканец Фуэнтес. Ранее неизвестный мне блогер Снико, тоже на белого особо не похожий. Зумерский инфлюенсер Clavicular (тоже мне ранее неизвестный) на белого похож, но как утверждает википедия, юзает мет для поддержания стройности и красоты (кажется, помогает). В общем, нормальная американская правая тусовка: негры, цыгане, мусульмане, проститутки с онлифанса. Если найдется белый, то и тот, скорее всего, окажется наркоманом. Впечатление такое, что американские ультраправые это сегодня самое инклюзивное сообщество на всем белом свете. Ну, реально, кем, блядь, надо быть, чтобы тебя туда НЕ взяли?

Как описывает американских либеральных левых Роб Хендерсон: это ребята из богатых белых семей, их предки приплыли чуть ли не на Мэйфлауэре, а они сами учатся в университетах лиги Плюща. Там вовсю играются в социальную справедливость, изображая из себя угнетенных "квиров за Палестину". Но затем, наигравшись, идут работать в Голдман Сакс, вступают в крепкие моногамные браки (с себе подобными), становятся приличными членами либерального истеблишмента и хранителями своих старых денег. Получается та самая коллективная элитная змеюка, которая то ли "собор" по Ярвину, то ли "вампирский замок" по Фишеру. И вот на их фоне есть эти ультраправые, защитники великой западной цивилизации от куколдов и пришельцев. На деле: сборище маргиналов всех цветов радуги, закладывающее метамфетамин за щеку под бодрый негритянский рэп.

Получается забавный парадокс. Если вы веруете в неореакционные приколы про "белые корпоративно-иерархические элиты", то соевые либералы из Лиги Плюща куда больше на них походят, нежели весь этот альтрайтовский цыганский табор. Хотя у последний, конечно, куда веселее. Правые сегодня - это панки-контркультурщики, которые просто стесняются себе признаться в том, что они панки-контркультурщики. Гад сейв за квин, нигга хааа...

В Питере охранники остановили парня на выходе из магазина. Как они утверждают, тот хотел украсть сэндвич. Парень решил залить их газом. Парня повалили, оседлали и тот в итоге умер.

Полномочия охраны в России — тайна покрытая мраком. С одной стороны у них вроде нет никаких особых полномочий. Право на задержание такое же как у обычных граждан. Граждане в соответствии с 38 статьей УК могут задерживать преступников. Но именно преступников, а не административных правонарушителей (кража на сумму меньшую, чем 2500р - административное правонарушение). В таких случаях граждане вообще задерживать не могут, только специально уполномоченные государственные люди. Но при этом есть 39 статья УК, гласящая, что является допустимым при крайней необходимости применять силу к людям, которые угрожают "охраняемым законом интересам общества или государства". При желании можно сказать, что покраденный сэндвич таким интересам угрожал. Однако 39 статья также указывает, что сила должна быть соразмерна угрозе, что в данном случае было явно не так. Впрочем, умысла на убийство тут явно тоже не было, а статью теперь возбудили 105-ую. Но публике, как обычно, процессуальные моменты не очень интересны. С одной стороны сработал фрейм "абу-бандиты умучили нашего мальчика", с другой — обнаружилось, что покойный был националистом. Так что, публика теперь занимает стороны сообразно своим привычным симпатиям.

Однако мне в данном случае интересно другое. Достаточно часто приходится слышать, что в Европе воруют на каждом шагу, тогда как в богоспасаемой России царит закон и порядок. В Европе, особенно в южной, и впрямь воруют на каждом шагу. Эпидемия мелких краж, как карманных, так и магазинных. Происходит это потому что занятие это там практически безнаказанное. Минимальные суммы для уголовного преследования довольно высокие (200 фунтов в Англии, 300 и 400 евро во Франции и Испании). В результате расследовать такие мелкие правонарушения всем лень, а если дело дойдет до суда, то цена невелика — штраф или комьюнити сервис. При этом если неравнодушные граждане или охранники отмудохают вора, то за это уже можно огрести по закону.

В России дело обстоит куда строже. Уголовка начинается от 2500 рублей. Получить реальный срок при первой судимости сложно, но дальше — уже вполне. При отсутствии регистрации вполне могут отправить в СИЗО на время следствия. При этом охрана вполне может вести себя жестко, не опасаясь каких-либо последствий. Если у собственников хорошие отношения с правоохранителями (или если последним нужно закрывать статистику за квартал), то в случае ущерба меньше 1000р могут докинуть лишнего до нужной суммы. Большинство таких случаев остается без внимания. Тут просто человек умер, плюс сработал фрейм "абу-бандиты умучили нашего мальчика".

В общем, этим, видимо, и объясняется малая популярность мелких краж в России. Когда за палку колбасы можно пострадать реально, воровство не кажется привлекательным делом. И тут я полагаю, что как-то странно с одной стороны радоваться, что у нас "не как в Европе", а с другой — ужасаться, увидев какими именно методами это достигается. Если хочется закона с порядком, то вот он вам, кушайте, не обляпайтесь. Если вдруг не нравится зрелище, то есть опция пожертвовать толикой порядка ради того, чтобы никто не умирал за украденный сэндвич. Но тогда будет "как в соевой Европе".

Понятно, что в идеале хочется усидеть на всех стульях разом. И чтобы не воровали, и чтобы за сэндвич не душили. Но непонятно достижимы ли все хотелки разом, особенно в больших городах, населенных миллионами незнакомых людей.

Парадокс борьбы с миграцией

Когда публика запрашивает борьбу с миграцией, государство может ответить на запрос двумя способами. Первый — ужесточение миграционного законодательства. Нетрудно догадаться, что такие меры бьют вовсе не по нелегальной миграции, а сугубо по миграции легальной. Чиновник может работать лишь с теми людьми, что сами, добровольно решают пройти через официальные процедуры. Те, кто изначально решают их миновать, не страдают от их ожесточения. Нелегальному мигранту нет особой разницы, один закон он нарушает или сразу десять. Лучше сосредоточиться на том, чтобы не попадаться. В этом смысле русские, болеющие на правые антимиграционные партии на Западе, пилят сук, на котором сидят. Сомалиец приплывет на лодке и будет жить в специальном районе, куда полиция лишний раз не суется. Для него от ужесточения законодательства ничего не изменится. Зато ужесточения обрушатся на русского Васю, который честно, с открытым забралом придет в миграционную службу.

Для борьбы с нелегальной миграцией нужны совсем другие меры. Массового характера. У них низкий КПД, при этом они сопряжены с нарушением множества привычных норм. Необходимо устраивать массовые рейды, массово утрамбовывать в детеншены и массово высылать. Силовики, упакованные в маски и молча хватающие людей — необходимость. Система просто не сможет работать, если каждому задержанному представляться и сообщать о его правах в соответствии с правилом Миранды. Пихать по 50 человек в 10-местные камеры — тоже необходимость. Инфраструктура не рассчитана на такое количество задержанных (в обычных обстоятельствах в этом нет нужды). Если давать каждому судиться — процесс депортаций затянется на десятилетия. Требуются и иные меры. К примеру, системы массовой слежки, которые противоречат правам граждан на неприкосновенность частной жизни. То есть, для массовых депортаций нужна чрезвычайщина. Отмены прав и свобод. Наделение силовиков обширными полномочиями. И силовиков должно быть много, наберут по объявлению.

Нетрудно догадаться, что всякая рациональная власть чрезвычайные полномочия постарается сохранить, углубить и расширить. Использовать для борьбы с политическими оппонентами. Процесс сродни арендовскому "колониальному бумерангу" - когда колониальные надсмотрщики, привыкшие безнаказанно лупить туземцев, возвращались в метрополию и начинали применять эти методы уже к своим согражданам. С той поправкой, что "туземцы" сегодня переместились вглубь бывших метрополий. Это мы видим на примере Трампа. Популярное возражение: дескать, при Обаме нелегалов тоже выдворяли. Только при Обаме в большинстве своем депортировали людей с судимостями или представляющих угрозу. Чем могли быть недовольны, разве что, самые радикальные либералы. При Трампе хватают всем подряд и высылают без судебных процедур, ссылаясь на законы 200-летней давности для того, чтобы оправдать чрезвычайные меры. Обама — это 3.1 млн. депортаций за 8 лет (тут встречаются разные цифра от 2.7 млн. до 5.3). Но нелегалов в США нынче 14 млн. Огромная цифра. Трамп обещал выгнать всех. И выполнить это обещание обамовскими методами нереально. Требуются именно что чрезвычайные меры.

При этом мы видим как власть мгновенно обращает чрезвычайные полномочия себе на пользу, использует их для запугивания политических оппонентов в Миннесоте и Калифорнии. "Внутренний колониальный бумеранг" мгновенно описывает круг. И вот уже на улицах американских городов расстреливают американских граждан. "Не этого мы хотели" - начинает что-то подозревать уже даже самая консервативная публика, голосовавшая за чистку страны от клятых нелегалов.

Отсюда следует, что борьба с миграцией — это в принципе сомнительная политическая повестка. С ней вы получаете либо бессмысленные формальные меры, которые бьют по легальной миграции и не затрагивают нелегальную. Либо вручаете государству чрезвычайные полномочия, которые двигают вашу страну в сторону тирании и обращаются против вас самих.

У англоязычных правых на ютубе очень популярен стоицизм. Куча каналов, где суровые бородатые каменные мужчины с юзерпиков басовитыми голосами объясняют как быть стоиком. Смирять свои страсти, экономить деньги, избегать вредных баб, не дрочить. Все как Марк Аврелий завещал. Теперь еще ютуб предлагает мне смотреть ИИшниные мультики в шортсах со смешными названиями типа "стоик Даня". Стоик Даня показывает пример для подражания: он не транжирит деньги в отличие от безответственного соседа-эпикурейца (мимоходом намекают, что либералы выпили всю ипотеку), стоик Даня думает о будущем, усердно работает, ходит в качалку и лихо ставит на место вредную бабу, которая посмела предъявлять ему претензии. Будь как стоик Даня! При этом цели и задачи такого стоицизма проговариваются прямо: дескать, считай деньги, планируй наперед, ходи в качалку и тогда... через десяток лет у тебя все будет. Будешь упакованный, богатый и накачанный. И вредные бабы будут все твои, они-то с возрастом, в отличие от стоика, теряют свою "рыночную стоимость".

Исторические стоики бы, пожалуй, очень удивились. У них кажется было что-то про эвдемонию и атараксию — то есть, достижение внутренних благ А тут стоицизм подают просто как путь к успешному успеху. В свою очередь современным адептам успешного успеха едва ли понравился бы настоящий исторический стоицизм с его детерминистской картиной мира. Если судьба быть хромым рабом, то им и будешь. Это рушит весь маркетинговый подход формата "сделай правильное и заживешь". В общем, тут просто стоицизм поставленный с ног на голову. Очередные курсы личностного роста в элегантной классической упаковке.

Ну ладно стоицизм, штука мертвая, пинай ее как хочешь. Но вот интересно, что симпатии к христианству у западных правых похоже во многом такого же характера. Религия им вообще не слишком-то интересна. Просто по нраву те социальные порядки, которые царили в западных странах, когда те были сплошь религиозными. Что главное для настоящего верующего? Спасение бессмертной души (примерно как для стоика эвдемония с атараксией). Поэтому для верующих исторически могли быть важны всякие не слишком понятные нам сегодня штуки, вроде догмата о филиокве или того, что там происходит при причастии, транссубстанация или консубстанция. В рай захочешь — не так заморочишься. Но для нынешнего правого любителя христианства это все не важно, там спасение души просто убрано из уравнения. Правому всего-то нравится, что в христианские времена европейские общества плодились как кролики, были сильные-могучие и давали пизды всяким иноверцам с другим цветом кожи и разрезом глаз. Ну, еще бабы ходили в кирху и нянчили киндеров на кюхе, вместо феминизма поганого.

В общем, тут как в случае с правым бро-стоицизмом все поставлено с ног на голову. Внутреннее содержание тщательно выпотрошено и заменено вполне себе модерновой начинкой. Стоиком нужно быть ради толстого банковского счета и плотной бицухи, а не ради эвдемонии с атараксией. Христианами надо быть ради демографии и государственного могущества, а не ради спасения души. Если добавить к христианству приставку "политическое", как делают некоторые, то становится вообще удобно. Можно даже в Бога не верить, с чистой совестью гонять на остров Эпштейна и что там еще принято нынче у правых базовых слонов. Этакий модернистский культ Левиафана и языческой богини Демографии. Многовековые традиционные ценности, придуманные этак лет 200 тому назад.