Сына 90-летнего почти слепого пенсионера, обвиняемого в развратных действиях из-за недержания мочи, подозревают в укрывательстве преступлений отца. Следователь сделал такой вывод на основании переписки с адвокатом, которую он не смог прочесть из-за блокировки телефона

Адвокат Алексей Аванесян рассказал об эпизоде в рамках так называемого «дела об охоте», который, по его словам, наглядно демонстрирует «заранее обещанную предвзятость следствия».

Ещё до возбуждения уголовного дела Аванесян заявлял ходатайство о допросе близких родственников своего подзащитного. По его словам, это было необходимо для того, чтобы следствие получило информацию о том, как проявляются хронические заболевания пожилого мужчины, а также для характеристики личности подозреваемого.

Допрос состоялся только спустя месяц. Однако, как отмечает адвокат, в ходе следственного действия у свидетеля — сына подзащитного — изъяли мобильный телефон, что дало следствию доступ к его личным перепискам, включая общение с адвокатом, которое содержит адвокатскую тайну.

Аванесян полагает, что именно эта цель и была главной для следствия. Ведь вряд ли сотрудники рассчитывали обнаружить доказательства вины пожилого мужчины: у самого подозреваемого телефона нет уже несколько лет, и об этом следствию было хорошо известно.

По инициативе защиты следователь допросил сына 65-летнего подозреваемого. Мужчина пришёл на допрос без адвоката, уверенный, что процедура будет формальной. Однако после допроса, в ходе которого он рассказывал о болезни и состоянии здоровья отца, следователь неожиданно попросил показать содержимое его телефона.

Сын не возражал, разблокировал устройство и передал следователю. Тот просмотрел личные фото и переписку, в том числе с адвокатом, после чего отметил в протоколе, что ничего значимого для следствия не найдено. Несмотря на это, телефон не вернули — его изъяли другим протоколом.

22 октября следователь составил рапорт о признаках преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 316 УК РФ («заранее обещанное укрывательство особо тяжких преступлений»), и выделил материалы в отдельное производство для проверки. Статья устанавливает ответственность за заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений. То есть если человек, не договариваясь об этом заранее, помогает скрыть преступление, уничтожает следы, прячет преступника или иным образом препятствует расследованию, — это считается преступлением и наказывается штрафом, принудительными работами, арестом или лишением свободы на срок до двух лет.

Однако примечание к статье прямо говорит, что за такое укрывательство не наказываются супруги и близкие родственники лица, совершившего преступление.

В рапорте и постановлении следователь сам указывает, что не смог ознакомиться с содержимым переписки из-за установленного новейшего программного обеспечения «Автоблокировщик».

Как пояснил «Слову защите» адвокат, в его переписке с сыном подзащитного не содержалось никаких обсуждений преступлений, поскольку они просто не были совершены — переписка полностью сохранена. По словам защитника, он не понимает, чего именно пытается добиться следователь такими действиями.

Аванесян подчёркивает, что в документах нет ни оснований для вывода об укрывательстве, ни указаний на то, когда было отменено примечание к статье, согласно которому «лицо не подлежит уголовной ответственности за заранее не обещанное укрывательство преступления, совершённого его супругом или близким родственником».

«Просто оставлю это здесь, чтобы у интересующихся #делообохоте@avanesian45 не осталось разумных сомнений в низком качестве и высокой степени предвзятости предварительного расследования», — пишет адвокат.