Принял участие в заседании Москаленсокого районного суда.

Суд оставил без удовлетворения исковые требования органов опеки и попечительства по иску о лишении Екатерины родительских прав и взысканию алиментов.

Бывшие опекуны младенца Екатерины Прилепской Дианы на заседание не явились. За то приехала Екатерина. Диана радостно со мной поздоровалась. Погуляла по суду, помахала ручкой судьей и даже высказала свое мнение на заседании.

Екатерина всех благодарит за поддержку и за то, что вернули ей ребенка. Впереди будет областной суд.

О практике возвращения детей и судебных экспертизах в рамках исков об отмене ограничения в родительских правах на конкретном примере.

Ребенок отобран "временно помещен" в 1,5 года вместе со старшей сестрой. По мнению опеки мать злоупотребляла алкоголем.

Смотрим материалы того периода - много фото с красиво одетым веселым ребенком на улице и дома, в поликлинику ходили вовремя.

Проведя какое-то время в приюте младшего ребенка в ее интересах передали под опеку в приемную семью, где еще есть дети и свои, и приемные. Старшая отказалась.

Опекун не работает, живет на выплаты за детей под опекой. Это Мособласть, выплаты на 2 детей под опекой получает примерно 90.000 в месяц.

Мама - исправилась, встала на учет в диспансер, 2,5 года стойкая ремиссия, официально работает, зарабатывает мало (людей стоящих на учете мало куда берут). Свое жилье.

Ребенка ездит посещать 2,5 часа в одну сторону, после обязательной процедуры уговаривания опекуна. Встречи 15-30 минут там, где удобно опекуну. В частности в очереди куда-нибудь или в магазине. Систематически на пол-пути опекун сообщает, что им надо уйти и они не дождутся. Это, к слову, типичное проведение многих опекунов.

Уже 2 года, как вернули маме старшего ребенка, если бы малышка была в учреждении - давно вернули бы и ее. Казалось бы, в чем разница между детьми? Если мама достаточно исправилась и хороша, чтобы отдать ей старшего ребенка, как она может быть недостаточно исправленной и хорошей для возвращения младшего? Но так как малышка под опекой, а опекуны (!) - сторона по делу, для ее возвращения нужны куда более сложные танцы с бубном.

Об этой проблеме мы пишем регулярно: передача малышей в замещающие семьи, это, обычно, билет в один конец - назад от вцепившихся в детей всеми клешнями профессиональных родителей детей крайне сложно вырвать. По закону возможно. По практике - очень сложно, суд сравнивает условия, и приемные априори оказываются более ресурсными, хотя, как и в этой ситуации значительная часть (а часто и все 100%) этого ресурса - это выплаты государства на этих же детей.
Но "не работать и жить на пособия" по мнению общества и судей зазорно только для родных семей. В отношении приемных этот вопрос даже не обсуждается, там это можно и в порядке вещей, даже трудовой стаж идет. А кроме того оказывается, что дети привязаны к тем, с кем растут.

В общем суды по возврату детей идут годами. Классика жанра: с начала "слишком мало времени прошло, чтобы утверждать, что родитель исправился" и "какие гарантии?", а потом "ребенок уже привык к опекунам и считает их родителями, разлука травмирует его" и передача назад в давно решившую свои проблемы семью "не в интересах ребенка, в его интересах остаться в более ресурсной семье, в которой он привык". Но если так посмотреть, в интересах всех вообще детей сразу передать их Биллу Гейтсу, мы ведь все по сравнению с ним - нищие.

Стандартная опять же практика абсолютно бессмысленные назначения экспертиз, определяющих за дорого очевидные вещи. Например, стоит ли платить 80-100 тысяч, чтобы определить, что ребенок имеет привязанность к тому, с кем растет большую, чем к маме, которую он видит раз в 1-2 недели по несколько минут-час и про которую малыш часто даже не знает, что она - его мама?
Очевидно же, что не стоит, ведь этот факт неоспорим.

Но какой из этого вывод делают суды? Что отдавать назад родителям не нужно?
Ну давайте тогда в Семейном кодексе так и пропишем, что дети невозвратны, один раз накосячил - навсегда ребенка потерял. Зачем эти иллюзии, о том, что родитель имеет право вернуть детей, если это право невозможно реализовать?

Что характерно, индуцированность детей опекунами против родителей экспертизы практически никогда не признают. Помните по делу Сайченко, где ребенок проживал вдвоем с доцентом Бойко и ее котом, индуцирование экспертиза подтвердила, но кто именно это делает определить не смогла. Хотя очевидно же было, что виноват кот. Так вот это пример положительного результата экспертизы.

⏩⏩⏩

⏪⏪⏪

Обычно даже если ребенок пинает мать и говорит заученные фразы, экспертизы умышленное влияние опекунов на ребенка отрицают.

Вернемся, к нашей истории. До недавнего времени ребенок не знал, что мама это мама, и думал, что живет с родными родителями. Недавно, как раз после назначения такой вот исходно бессмысленной экспертизы, опекуны рассказали 4х летней малышке что есть другая мама. Да так рассказали, что у ребенка истерика при встречах, он пинает и толкает маму, и кричит, что опекуны - его родные родители, а она (мама) плохая и малышка никуда с ней пойдет. Опекуны при этом откровенно провоцируют тревожность ребенка (как именно писать не будем, чтобы не учить других).

Посмотрим, что напишет экспертиза. Но, сюрприз будет вряд ли, потому что 2 из 3 государственных эксперта в институте Сербского откровенно не беспристрастны и в процессе экспертизы высказывали матери свое пренебрежительное и отрицательное отношение и заявляли, что ребенка в 4 года невозможно настроить (да неужели?).

Причем, когда родители после этих бессмысленных и очень дорогих экспертиз проигрывают суды, опекуны, которые на них настаивают, могут взыскать с них компенсацию судебных расходов. Не только на своих дорогих адвокатов, но и на проведение этих экспертиз. Суммы выходят очень внушительные.

Хотелось бы донести до законодателей, до УПР, до ВС, что подобная практика порочна и должна быть полностью искоренена! Семейный кодекс четко прописывает, что ограниченный в правах родитель имеет право их восстановить. Условием является изменение поведения, образа жизни и (или) отношения к воспитанию ребенка, т.е. устранение того, что явилось причиной ограничения. И то, к кому больше привязан ребенок абсолютно здесь не причем, и без экспертиз понятно, что не может быть малыш быть привязан больше к маме, которую он почти не знает, чем к опекуну, с которым растет.
И если законодатель, уполномоченные по правам ребенка и судьи считают, что здесь нужно исходить из привязанности ребенка, существующей в конкретный момент времени, и не понимают, что привязанность может меняться, тогда надо Семейный Кодекс изменять и так это и прописывать. Чтобы у людей не было пустых иллюзий.

#роженики_сердцем

По Екатерине Прилепской (Омск) почитали позиции разных органов, которые они направили в апелляцию.

Уполномоченная по правам ребенка Степкина в это раз прямо молодец, активно выступила на стороне родной семьи и подчеркнула приоритет кровной семьи.

А вот прокуратур Москаленского района старший советник юстиции А.И. Лобищев выступил против решения суда о возвращении матери детей.

Причем все ювенальные штампы собрал. И отобрание за бедность, и отсутствие официальной работы, и долг по алиментам 600.000 (считали со "средней зарплаты по стране" не смотря на декрет, и даже тот факт, что она добровольно на алкоучете стоит и лечится поставил против нее. Хотя это вроде как должно считаться положительным, а не отрицательным моментом. Кроме того написал, что мол дети не хотят с ней жить, якобы, это отражено в материалах дела. По нашим же данным дети наоборот жалуются на опекунов и хотят к маме.

Интересно, господина Лобищева не смущает, что опекуны содержат профессиональную детоферму - т.е. живут именно на выплаты на детей и в прямом смысле используют на своей ферме детский труд? Жить на пособия, воспитывая детей, только родным родителям нельзя, опекунам можно?

А малышку Диану господин Лобищев предлагает как щеночка туда-сюда между опекуном и мамой опять передавать?

С такой ювенальной прокуратурой мы, конечно, далеко не уедем...

Как эксперт Лиги Семейного образования принял участие в заседании в Нижнекамском городской суд Республики Татарстан по вопросам семейного образования.

Заседание было насыщенным, ярким и полным споров о требованиях информации о промежуточной аттестации.

Но результатов нет, заседание перенесли.

Информация о прошлом заседании тут.