Пропагандисты всех мастей соревновались во вранье, привычно на ходу высасывая из пальца «естественные причины», «тромбы», «сердечные приступы». Смеялись нам в лицо.

Они знали: до правды не докопаться — Заполярье, тюрьма, полный контроль над всеми свидетелями, камерами наблюдения, медицинскими документами (которые многократно редактировались) и всем остальном. Какое уж тут расследование.

А правда — она дорогу пробьет. Если за нее бороться. Если вкладываться. Если не отступаться.

Это была очень долгая двухлетняя дорога. Сегодня есть ощущение, что мы перевернули важную страницу (когда-нибудь, когда будет можно, в мемуарах расскажем, каких это стоило усилий…), дописали главу. До победы еще бесконечно далеко, сделан крошечный шаг. Но ведь сделан.

Сделан, потому что мы обещали вам узнать и рассказать правду и боролись за нее. И добились правды.

Спасибо огромное всем, кто протянул руку помощи на этом двухлетнем трудном пути, кто не отступился от поисков правды. Вы сегодня больно щелкнули Путина по носу, унизили его «всемогущие» спецслужбы и пропагандистов.

https://youtu.be/O73BpNGwkWU?si=SqP6bn9WImaMXtK3

Все, что нужно для торжества зла — это бездействие добрых людей.
Поэтому бездействовать не надо.

Два года назад Путин убил Алексея Навального.
Самого классного, живого и веселого человека, самого любопытного и смелого.
Короче того, кто Путину был антиподом во всем — и потому Путин ему так завидовал и его так ненавидел.

Убив Алексея, Путин хотел убить надежду. Убить идею. Убить веру. Оглядываясь на эти два года, надо честно сказать — в чем-то этот план сработал. Тут и там у кого-то опускаются руки. Сдают нервы. Кончается вера.

Это нормально. Это — по-человечески. Давайте помогать друг другу сохранять надежду и идти вперед. Для этого у нас есть письма и тексты Алексея, его видео, интервью и идеи. Есть его команда. Есть Юля.

И есть вера в то, что в целом — если смотреть на большую картинку, как Алексей всегда призывал — правда победит. Вот буквально позавчера мы увидели этому очередное подтверждение, когда два года тяжелейшей совместной работы многих людей привели к настоящему маленькому чуду: было точно названо орудие преступления.

Сложатся и другие детали паззла. Наступят другие времена. Появятся новый возможности.

Единственным достойным памятником Алексею Навальному может стать — и обязательно станет — прекрасная Россия будущего. Мирная, свободная, демократическая, процветающая. Та, о которой он мечтал и за которую пожертвовал жизнью.

Все вешают сегодня разные классные фотки Алексея и с Алексеем, а у меня вот такая есть. Мне показалась, она очень подходит к сегодняшнему дню. На ней Алексей так далеко и так близко.

А так оно и есть.

В прошлом году я положила начало важной традиции, учредив премию имени Алексея Навального. Она присуждается тем, кто создает проекты и инициативы, направленные на совместное политическое действие в России.

Сегодня я хочу объявить, что лауреатом премии 2026 года стали Семен Кочкин и проект «Сердитая Чувашия». Из бывшего телеграм-канала штаба Навального в Чебоксарах Семен и его небольшая команда смогли создать самое влиятельное, самое читаемое независимое медиа в республике Чувашия. Медиаресурсы «Сердитой Чувашии» публикуют расследования о коррупции местных чиновников, рассказывают о проблемах региона, ведут учет жителей Чувашии, погибших на путинской войне, поддерживают инициативы, связанные с сохранением чувашского языка. Они не просто не отрываются от местной повестки, они задают ее, показывая наглядный пример, как в эмиграции можно делать действительно актуальное медиа о местных проблемах.

«Потому что «зона СВО» находится на территори Украины, а украинские операторы связи никак почему-то не поставят себе ПАК «Ревизор» от Роскомнадзора», — грустно добавил министр Шадаев

Кампания по внедрению «национального мессенджера» Max набрала невиданные обороты и перешла все пределы (в том числе по количеству кринжа).

Его рекламируют блогеры и футболисты, в него шантажом и угрозами загоняют учителей и школьников, и всё это — с одной достаточно очевидной целью. Какой? И как сопротивляться этому принуждению, если вы, например, работаете в бюджетной сфере? Рассказываем в нашем новом видео.

🎬https://youtu.be/9yE20WFo7Rg

@safe_runet

Из онлайна Медиазоны из суда в колонии в Покрове, 24 февраля 2022 года.

Навальный:
— У меня нет никаких методов коммуникации с внешним миром, прошу отразить в протоколе мое обращение к суду и к миру: я против этой войны. Я считаю, эта война призвана отвлечь внимание от проблем России, приведет только к большему обеднению, это доказывает...

Его перебивает судья. Но Навальный продолжает:

— Ваша честь, вы можете отказать потом, но выслушать обязаны. Вам придется дослушать, что я считаю развязавших эту войну бандитами и ворами. Я начал политическую деятельность, чтобы бороться с этим воровским преступным режимом.

Котова спрашивает его, «в чем ходатайство».

— В том, чтобы вы внесли мое заявление в протокол, чтобы в решение Лефортовского суда было сказано, что это война должна быть прекращена, — настаивает оппозиционер.

Я был среди тех, кто еще за пару дней до 24.02.2022 писал и говорил: "не будет большой войны, это просто невозможно".

Потому что мы с коллегами много-много лет изучали Путина и путинизм, и хорошо знали: это огромное, страшное зло, но это рациональное зло. Это зло, для которого нет никаких моральных рамок, которое ни перед чем не остановится — убить? отравить? украсть? — нет никакой проблемы, если речь идет о сохранении власти и обогащении. Но при этом — очень прагматичное зло. Современное зло. Ориентирующееся на опросы, на данные зло.

(Помните сюжет, как где-то весной 2020 года государственные социологи проводили опрос на тему "если бы вы услышали в новостях, что Алексея Навального зарезали после драки в баре, вы поверили бы этим новостям, или решили бы, что за этим стоит государство?" — и, очевидно, лицам принимающим решения в Кремле не очень понравились результаты этого опроса, и было решено идти другим путем: травить "Новичком" в самолете. Вот такое работает современное, технологичное, оснащенное современным инструментарием зло XXI века: убить — не проблема, но надо убить так, чтобы это выглядело хорошо).

Отдать приказ о начале полномасштабного вторжения не выглядело рациональным решением в разумной системе координат. Каким бы успешным ни получился бы "блицкриг", 200-тысячная группировка, сконцентрированная у границ Украина, никак не могла бы рассчитывать на контроль над 40-миллионной страной. Было очевидно, что с цветами никто российскую армию встречать не будет, что Украина будет сопротивляться, что Запад будет ее поддерживать, что будут серьезные санкции и т.д.: Шольц, Макрон и все остальные ездили к Путину за гигантский стол, чтобы проговорить это очень ясно и четко.

И, вообще-то, ровно так ведь и получилось. Блицкрига не вышло, и украинские лидеры, армия и народ выстояли, и Запад поддержал, и санкции были серьезные (а не как после аннексии Крыма), и той 200-тысячной группировки давно уже нет — уже было набрано несколько раз по столько, и скормлено ненасытному Аресу. Все, как и было предсказано.

И все же четыре года тому назад Путин отдал приказ. "Киев бомбили, так началась война."
Четыре года нескончаемого кошмара и позора, к которому нельзя привыкать.

Как же могло рациональное зло поступить так нерационально?
"Рациональность" — она зависит от системы координат же. К февралю 2022 года система координат, в которой оперировал Путин, оторвалась от реальности чуть более, чем полностью. Он просидел два года в бункере в окружении очень узкого круга доверенных людей (в первую очередь, видимо, Юрия Ковальчука), в информационной реальности, сформированной псевдоисторическими бреднями, трудами классиков русского фашизма и красными папочками от 5 службы ФСБ, в которые подчиненные генерала Беседы давно уже писали только то, что, как им казалось, понравится Начальнику.

Выделенные и освоенные на "информационную работу" миллиарды превращались — на бумаге — в отчеты о том, как в восточных и южных регионах Украины все, от чиновников до обычных граждан — мечтают встретить российские танки, как слаб украинский государственный аппарат и слабы вооруженные силы, и как мир молча проглотит "свершившийся факт", когда к воскресенью власть в Украине будет принадлежать уже оккупационной администрации, и в понедельник международному сообществу не останется ничего, кроме как "выражать глубокую озабоченность".

Именно в этой системе координат Путин и принял решение развязать войну. В этой системе координат его решение было не только преступным, но еще и рациональным. (Замечу, что с моей точки зрения, это делает его бОльшим преступником и бОльшим злодеем, а не меньшим. Путин — не сошедший с ума маньяк, убивающий направо и налево. Он хладнокровный убийца, уничтоживший сотни тысяч людей, просто потому, что он решил, что так ему "политически выгодно"). Это прорывается из него, каждый раз, когда он обиженно ноет: "обману-у-у-ули", "вынуди-и-и-ли", "наду-у-у-ли". Вот этот пропагандистский троп, что, мол "нас заманили в ловушку, мы-то думали, что будет легкая прогулка, а оказалось все иначе" — он как раз вполне отражает то, что происходит у Путина в голове.

Он себя считает проигравшим. Обманутым. Униженным. (И правильно считает).
И именно поэтому не остановится никогда. Именно поэтому никакие переговоры с ним не имеют смысла.
Путин начал эту кошмарную войну четыре года назад. Путин — это и есть война. Не будет Путина — не будет войны.

* * *

Когда блицкриг провалился, началась война на истощение. Она продолжается четыре года. Больше Великой Отечественной. Через несколько месяцев сравняется с Первой Мировой. А там и до Второй Мировой "рукой подать".

Война на истощение — это не про то, кто выиграет. Ее нельзя выиграть.
Война на истощение — это про то, кто первый проиграет. Кто надорвется, кто не вывезет.
Россия, Германия, Австро-Венгрия и Османская империя потерпели в Первой Мировой поражение, хотя никто не захватывал Петроград, Берлин, Вену, Константинополь. Просто не справились, сломались. Сложность войны в ХХ веке, сложность управления экономикой, сложность принятия решений оказались не под силу политическим системам, где все упиралось в решения одного человека. Та великая война закончилась, по большому счету, тем, что демократии победили, а диктатуры проиграли. Просто потому что демократии были более гибкими и у них лучше получалось вывозить неимоверные тяготы затяжных войн. Меняться, перестраиваться, изобретать.

Путинский режим — запредельно персоналистская диктатура, где все сколько-то важные решения упираются в согласование с одним человеком. Да будь он хоть семи пядей во лбу (а он далеко не семи пядей во лбу!), он делал, делает и будет делать ошибки, одна из которых обязательно окажется фатальной. Но для того, чтобы этих ошибок было больше, надо ставить перед этим человеком, перед Владимиром Путиным, проблемы.

Именно поэтому нет никакого "единственно правильного пути" сопротивления, и нет никакой "серебряной пули". Все, что делает Путину плохо — все хорошо. Все, кто делают Путину плохо — все молодцы. И те, кто придумывают эффективные санкции. И те, кто вывозят дезертиров. И те, кто агитируют и помогают не попасть на войну. И те, кто противостоят агрессору с оружием в руках. И те, кто разоблачают его пропагандистов и "полезных идиотов". И те, кто делают его смешным. И те, кто помогают правде пробиться через цензуру. И те, кто помогают беженцам. Вообще неважно, на каком фронте бороться с Путиным, с абсолютным злом нашего времени — главное, бороться. Главное, не бездействовать. Война XXI века — многомерная, и ведется одновременно на десятках фронтов, в информационном, экономическом, логистическом, инновационном и многих других измерениях.

Но однажды она закончится: крахом для путинского режима, концом неимоверных страданий для Украины, свободой для России.

Там еще более драматично: позавчера правительство Испании рассекретило все документы по провалившемуся путчу 23 февраля 1981 года (потому что исполнилось 45 лет), а вчера Антонио Техера — лидер этого путча — умер. Не вынесла душа поэта… (точнее художника).

Персонаж и правда был очень интересный, я сегодня в аэропорту в связи с этим все утро читал Википедию про смерть Франко, переходный период, пакт Суареса с Карильо 1977 года (легализация ИКП в обмен на признание монархии!) и, собственно, про сам путч.

В испанском парламенте сохранили несколько пулевых отверстий на колоннах, не стали заделывать, повесили памятные таблички.

Почитайте, очень интересно. И поучительно (на тему трудностей переходного периода после смерти диктатора и окна возможностей для успешной демократизации после фашистской диктатуры).

Досмотрите или дочитайте новое расследование до конца.
Там, мне кажется, самое впечатляющее место: вот бюджет крупнейших и самых известных благотворительных фондов в России, которые помогают десяткам тысяч детей — это 5.5 млрд рублей.
А вот чисто сдача осталась от постройки дворца в Геленджике, которую Путин велел Алине на счет закинуть — это 6.5 млрд рублей.

Если рахбар и правда мертв (что кажется очень вероятным), и если после этого иранский режим не удержится (что кажется вероятным, но не гарантированным), то вопрос, который каждый россиянин задаст себе снова и снова, будет звучать очень просто

— ну а Путина-то когда уже блин?

Потому что путинский режим гораздо более персоналистский и гораздо менее институционализированный, чем иранский, и людей уже убил больше (за меньшее время).

До этого Путина буквально спасало (ни на чем не основанное) предположение, что его режим его переживет. Мол, убрать этого — и после Путина будет «что-то еще похуже Путина». Неверность этого нелепого предположения мы с вами сто раз разбирали, но оно, увы, очень живучее.

Но вот сейчас за развитием событий в Иране будет очень интересно последить. Если тамошний людоедский режим не переживет гибели главаря, то российский — и подавно.

У Путина интересная формулировка:

Убийство аятоллы Хаменеи — пишет Путин, — совершено «с циничным нарушением всех норм человеческой морали и международного права».

Но проблема-то как раз в том, что со всеми нормами человеческой морали тут полный порядок. Вступиться за слабых, наказать обидчика беззащитных — это морально. После кошмарной кровавой бани, которую устроил режим Исламской республики на улицах иранских городов в январе, сложно придумать что-то, что больше соответствовало бы нормам человеческой морали, чем справедливое наказание виновника этих массовых убийств.

А с нормами международного права и правда полный швах. Нет в международном праве никаких «превентивных ударов», и нет никаких исключений — ни для Путина, ни для Нетаньяху, ни для Трампа.

Вот об этом и надо думать, вот этому и должны научить нас несколько последних лет человеческой истории: право и мораль разъехались в разные стороны. И это очень плохо. И опасно.

Лечится, кстати, единственным способом: право должно быть приведено в соответствие с моралью (а не наоборот).

Хакатон против "Единой России".
И за Россию нормальную, разумеется.

Давно ничего такого не было.
Едем, так сказать, на старом багаже.
А тут вокруг AI-революция и так далее.

Короче говоря, в выборный год возникло желание наточить IT-инструменты против убийц и воров.
Начнем с формата онлайн-хакатона, но планируем и оффлайн устроить тоже.

Я буду одним из менторов: могу от себя сказать, что мне было бы интересно поработать с любыми командами и проектами, которые будут решать задачи
а) инновационных подходов к преодолению блокировок
б) распространения неподцензурной информации внутри России
в) изучения реального общественного мнения (и его динамики) внутри страны

Но я открыт и к любым другим проектам — и, уверен, другие менторы тоже!

Присоединяйтесь!

Владимиру Путину, кстати, как раз 73 года.

Отличный возраст, чтобы лежать на полу в луже мочи, пока верные соратники пытаются поделить должности и портфели не отходя от кассы.

С праздником!