В преддверии ивента о нулевых экономист Григорий Баженов мельком упомянул акции против монетизации льгот 2005 года как единственный действительно широкий общенациональный протест в тогдашней России. Причем протест против вполне понятной реформы по переходу от еще советских неденежных благ к более адресным и денежным социальным мерам поддержки.

Не могу не согласиться. От себя добавлю, что протестная кампания была не просто популярной (ее поддержали практически все системные силы и даже РПЦ), но и отчасти добилась своих требований: из-за беспрецедентного падения рейтингов Путина и ЕР часть мер пришлось откатить. Тем более поразительно, что в наше время об этом историческом событии не вспоминают — а следовало бы.

На этом канале я постоянно напоминаю, что социальная политика (social policy) — всегда про политику (politics). Например, вот фрагмент из моего старого поста о социальной политике в России начала 2000-х:

С приходом к власти Путина ситуация несколько изменилась: открылось окно возможностей для реализации либеральных реформ. В начале 00-х новый популярный президент обеспечил политический патронаж реформистскому правительству, госаппарат становился все более дееспособным, а у государства начали появляться по-настоящему большие деньги. Среди множества запланированных преобразований в планах команды реформаторов числились реформы пенсионной системы, высшего и среднего образования, социальных льгот. Каждая из этих реформ не была полноценно реализована из-за сопротивления бюрократии, заинтересованных групп-сторонников статуса-кво и недостаточной поддержки первого лица. Монетизация льгот (вспоминаем, что советская система делала ставку на неденежные блага) и вовсе привела к первой по-настоящему масштабной волне массовых протестов и резкому падению рейтингов Путина, особенно среди ядерного электората — пожилых людей. Для автократа это окажется важным уроком о том, как следует проводить социальную политику так, чтобы и поддержку важных для себя групп населения обеспечивать, и бюджет не надорвать.

Надеюсь, Григорий и Василий обсудят эту историю подробнее на ивенте в это воскресенье — приходите, кстати!

поколение не способных ни на что конструктивное бессмысленных ничтожеств умеющих только вздыхать по блейзеру пикнику афиши и доллару по 27. я с вами

До сих пор не могу отойти от того, что на наше ламповое культурное мероприятие вчера пришло 450 человек!

Хочу сказать, что я очень по всем вам соскучилась. И что вы самая прекрасная аудитория. Знаете, вот обычно люди подходят и благодарят за позицию, за то, что не уехали, и им от этого менее одиноко. Но это работает в обе стороны. Вы нам нужны не меньше. Вы даже не представляете, насколько. Спасибо, что были вчера, друзья! Всех люблю!

И мы обязательно увидимся еще!

Григорий Баженов, Василий Тополев и команда «Прожектора Райн Гослинг» решили проверить, можно ли собрать 500 человек в одном месте, чтобы четыре часа разговаривать про нулевые. Как выяснилось — можно.
Я наблюдала подготовку к этому мероприятию в режиме человека, который живет с одним из ведущих и органищвторов. Поэтому могу официально подтвердить: презентации сами себя не собирают. Последние недели я регулярно встречала мужа глубокой ночью за компьютером, где он вместе сводил бесконечное количество слайдов в единый стиль и тщательно подбирал мемы, картинки, трэки и даже анекдоты.
За годы совместной жизни я была на очень большом количестве мероприятий с участием Гриши. Были лекции на десять человек, были выступления на площадках, названия которых сейчас уже никто не вспомнит, были проекты, которые делались скорее ради идеи, чем ради чего-либо еще. Поэтому наблюдать, как спустя годы люди покупают билеты и приходят именно на Баженова, — это непередаваемое чувство.
Я сидела в первом ряду и волновалась, кажется, больше, чем сам выступающий. Периодически ловила взгляд Гриши и старалась изображать человека, у которого все под контролем.
Но самый показательный момент для меня — это то, что спустя четыре часа зал не опустел. Пятьсот человек добровольно досидели до конца разговора про нулевые. В эпоху клипов по 15 секунд это уже почти аномалия.
В общем, было очень круто.
А Грише хочется пожелать только одного — не сбавлять темп. Хотя, если честно, иногда хочется пожелать ему еще и поспать. Но тут шансов, кажется, немного.

Буп