Фото сотрудника Центра Э с Сыктывкара.

Вот так выглядят оперативные сотрудники в толпе на мероприятии.
Минуту назад этот человек стоял со всеми в толпе и снимал телефон, а после он даёт указания полиции , кого задерживать.

Так задержали нашего коллегу с Сыктывкара

Он защищал протестующих на митинге

Выиграли сегодня суд.
Освободили человека из спецприемника для иностранных граждан.

В Бурятии задержали нашего юриста Евгения Хасоева

СК подозревает нашего юриста Евгения Хасоева в посягательстве на сотрудника власти, - ясно.
С применением шила и ножа, - ну, ага.
А изымают ноутбук... Ноутбук, Карл. Ты понял?
Не шило и нож, а ноутбук.

То есть, верно я понял логику следствия, что Женя хотел прибить пристава ноутбуком?

Безусловно, мы не можем поощрять преступления, да, мы против криминала, а я лично, против насилия, и угрозу представителям власти не могу оправдать.

Но, причём тут наша оргтехника опять.

Это становится традицией, изымать оргтехнику у юристов «Сибири без пыток» раз в год ?

Полицейский, которого вместе с двумя его коллегами обвиняют в пытках домохозяйки, объяснил, почему не получилось заставить пострадавшую что-нибудь подписать.

На суде по делу трех полицейских из Усолья-Сибирского, которых обвиняют в пытках местной жительницы Марины Рузаевой, закончился допрос пострадавшей. Интересы Рузаевой представляют «Общественный вердикт» и «Сибирь без пыток».

Допрос начался еще в декабре прошлого года и длился нескольких судебных заседаний. Как и в других делах, где «Общественный вердикт» представляет интересы людей, переживших пытки, подсудимые и их защитники пытались выставить пострадавшую в отрицательном свете, запутать, обвинить во лжи и желании оговорить «честных сотрудников».

Сегодня подсудимый Корбут долго допытывался у Рузаевой, почему если ей «причиняли телесные повреждения» [слово «пытки» он, конечно, произносить не стал] и она уже была готова подписать все что угодно, что же не подписала? Рузаева ответила, что видимо полицейским не удалось добиться, чтобы она правильно сказала то, что от нее требовали. И посоветовала вопрос Корбута адресовать самому себе и подельникам. После этого подсудимый произнес фразу, которая наверняка заинтриговала суд: «Видимо были другие причины, я то знаю».

Напомним, что полицейские Александр Корбут, Денис Самойлов и Станислав Гольченко свою вину в пытках полностью отрицают.

В новогодние праздники 2016 года домой к Марине Рузаевой пришли полицейские. В соседнем дворе произошло убийство, и оперативники попросили Марину съездить с ними в отдел и попробовать по фотографиям вспомнить, может она кого из подозреваемых могла видеть. Рузаева согласилась, тем более что в небольшом Усолье-Сибирском «все друг друга знают». Однако в полиции со свидетельницей решили не разговаривать, а просто пристегнули наручниками к лавке, надели на голову пакет и стали избивать. При этом полицейские использовали электрошокер. Пытки продолжались несколько часов. Подробнее о деле Марины Рузаевой. https://aftertorture.org/story/ruzaeva.

Вопросы подсудимого Корбута и ответы пострадавшей Рузаевой, эксклюзив, только у нас. Это о том, как подсудимый практически признаётся в пытках, но...., я то знаю, говорит подсудимый...

#ПроПытки Сегодня прошел очередной суд по делу о пытках Марины Рузаевой тремя оперативниками Усольской полиции - Корбутом, Гольченко, Самойловым. Резюме по этому делу можно ограничиться в аудиозаписи выше, где Корбут в суде, задавая вопросы Рузаевой, говорит о том, что он то знает, почему Рузаева не подписала то, о чем ее просили, когда она была наедине с тремя подсудимыми. Между тем, все стало ясно и с Денисом Самойловым. Ниже вы можете ознакомиться с приговором по нему, который вынесен Усольским городским судом. Подсудимому и ранее вменяли то, что являясь оперативным уполномоченным он злоупотреблял должностными обязанностями, вопреки интересам службы из личной заинтересованности. В том суде, над Самойловым и двумя другими оперативниками, суд нашел доказанным, что подсудимые представили материалы ОРМ с поддельными подписями и надписями от имени участников по трем эпизодам, по которым в дальнейшем были возбуждены уголовные дела. При этом, их действия повлекли к прекращению уголовных дел. Думаю, потому что добытые доказательства совершения наркоторговцами преступлений не были легализованы в соответствие с требовании УПК, а были вот так вот, как указано в приговоре, искусственно созданы операми. По данному приговору, подсудимый по нашему делу - Денис Самойлов, был оправдан из-за отсутствия состава, в связи с тем, что не было существенного вреда от его вредных действий.
https://telegra.ph/Prigovor-Denisa-Samojlova-02-10-2

Согласно ст. 241 судебное заседание в судах Российской Федерации ведётся гласно. Это означает открытость суда.

Гласность обеспечивает защиту и охрану прав участников уголовного процесса. И, позволяет участникам контролировать ход процесса.

Сейчас судья Усольского суда Наталья Конева фактически закрыла процесс по пыткам Марины Рузаевой, подсудимыми по которым являются трое оперативников - Корбут, Самойлов, Гольченко.

Подсудимые пожаловались судье на то, что потерпевшая или ее представитель ведут аудиозапись суда и постят аудио на нашем канале.

Кстати, в нем вы можете послушать, как подсудимый Корбут фактически признаётся в том, что ему вменяют, говоря, «... я знаю», когда речь идёт о том, почему именно пытали Рузаеву.

Судья Наталья Конева сейчас рассматривала вопрос об удалении защитника Рузаевой из зала суда, и запретила ему использовать аудиозапись, оставив право вести письменную запись.

«Вот тебе, бабка, и Юрьев день»!

Основополагающе право участника суда не просто грубо попрано, вопреки ст. 42 УПК, суд решил возможности потерпевшую контролировать ход суда, так как только аудиозапись может доказать те или иные нарушения в процессе.
Тем самым, нарушено право потерпевшей на защиту.

Вместо надежды на адекватное правосудие, потерпевшая как будто получила оплеуху, за то, что она пришла в суд.

Фактически, суд перешёл в закрытый режим, хотя де юро - заседание открытое.

Кстати, раз уж пошла речь о демократии. Вот, к примеру, как действует судопроизводство в Германии.
А вы попробуйте оспорить карантинные меры у нас (допустим, масочный режим). Сразу поймёте разницу

Репутация превыше всего, и даже закона. Заседание Усольского городского суда по делу о пытках полицейскими местной жительницы Марины Рузаевой оголило ряд изъянов в системе правосудия. Несмотря на то, что процесс является открытым, служительница Фемиды Наталья Конева запретила защите вести аудиозапись и пользоваться копией аудиопротокола.

Удивляться не чему. Делу Рузаевой почти 4 года, и всё это время его пытались свести на нет. Сначала следствие просто не хотело обращать внимание на увлечения Корбута, Самойлова и Гольченко - выбивать нужных показаний с помощью электрошокера и пакета на голову. Затем решило, что фальсификация доказательств коллегой Лысых - это вовсе не должностное преступление, а некрасивый поступок. И вот когда на скамье подсудимых оказались все четверо, процесс почему-то проводится именно в Усолье-Сибирском, а не любом другом городе Приангарья.

Возможно, все эти решения принимались ради великой цели. Однако считаем, что защищать честь мундира стоило бы законно и открыто.