Заправка
719 subscribers
829 photos
244 videos
15 files
896 links
Будь смелым и свободным


Мы прикрутили к каналу Курьера для жалоб. Он доставляет жалобы прямо к нам.

Бот принимает заявки жертв нарушений прав человека. Пишите тут

@send_your_incident_bot
Download Telegram
ЧТО НУЖНО ЗНАТЬ Про митинги
Недавно Комитет ООН по правам человека принял Замечания общего порядка № 37 (2020) о праве на мирные собрания (статья 21). Этот документ фактически представляет собой МЕЖДУНАРОДНЫЙ СТАНДАРТ по вопросу реализации права на свободу мирных собраний. Он был разработан на основании обобщения практики и документов ООН (Генеральной Ассамблеи, Совета по правам человека ООН, Комитета по правам человека ООН), ЕСПЧ, Венецианской комиссии Совета Европы, Межамериканского суда по правам человека, Африканской комиссии по правам человека и народов. Россия участвовала в его разработке путем направления своей позиции.
Поэтому это авторитетный документ, разъясняющий содержание статьи 21 Пакта о гражданских и политических правах (право на свободу мирных собраний). Фактически он является источником международного права. Им можно и нужно руководствоваться при планировании своей деятельности, ссылаться на него в общении с представителями органов власти, в судах.
Итак, базовые выдержки:
Право на мирные собрания ценно само по себе (пункт 120).
Благодаря основному праву человека на мирные собрания отдельные лица могут выражать свое мнение коллективно и участвовать в общественном строительстве. Вместе с другими смежными правами оно формирует саму основу системы государственного управления с участием граждан, базой для которой являются демократия, права человека, верховенство права и плюрализм. (пункт 1).
Несоблюдение и необеспечение права на мирные собрания, как правило, является признаком репрессий (пункт 2).

Уведомительный порядок проведения

Необходимость обращаться за разрешением в органы власти разрушает саму концепцию мирных собраний как основного права. Требованием [подавать уведомление] нельзя злоупотреблять с целью подавления мирных собраний. Выполнение требований об уведомлении не должно становиться самоцелью . Уведомительные процедуры должны быть прозрачными, не должны предусматривать необоснованные бюрократические требования (пункт 70).
Тот факт, что такого уведомления подано не было, ͟Н͟Е͟ ͟Д͟Е͟Л͟А͟Е͟Т͟ ͟У͟Ч͟А͟С͟Т͟И͟Е͟ ͟В͟ ͟С͟О͟Б͟Р͟А͟Н͟И͟И͟ ͟Н͟Е͟З͟А͟К͟О͟Н͟Н͟Ы͟М͟ и не должен использоваться как основание для рассеивания собрания, задержания его участников или организаторов или наложения на них неправомерных санкций, таких как привлечение их к уголовной ответственности. Отсутствие уведомления не освобождает органы власти от обязанности, в пределах их возможностей, ͟с͟о͟д͟е͟й͟с͟т͟в͟о͟в͟а͟т͟ь͟ ͟п͟р͟о͟в͟е͟д͟е͟н͟и͟ю͟ ͟с͟о͟б͟р͟а͟н͟и͟я͟ ͟и͟ ͟з͟а͟щ͟и͟щ͟а͟т͟ь͟ ͟е͟г͟о͟ ͟у͟ч͟а͟с͟т͟н͟и͟к͟о͟в͟ (пункт 71 !!! ).
Стихийные собрания, для подачи уведомления о проведении которых времени недостаточно, уведомлению подлежать не должны (пункт 72).

В силу своего масштаба или характера мирные собрания могут препятствовать, например, движению автотранспорта или пешеходов или экономической деятельности . Эти последствия, будь то преднамеренные или непреднамеренные, не являются основанием для лишения таких собраний защиты, которой они пользуются (пункт 7).
Просто толкание и оттеснение или создание помех автомобильному или пешеходному движению или повседневной деятельности насилием не являются (пункт 15).
Если участники собрания ведут себя мирно, то тот факт, что его организаторы или участники не соблюли отдельные внутренние правовые требования к проведению собрания, сам по себе не выводит участников из сферы защиты, предусмотренной статьей 21 (пункт 16).
Отдельные акты насилия со стороны некоторых участников не следует приписывать другим участникам, организаторам или собранию как таковому (пункт 17).
Государства обязаны, например, не запрещать, не ограничивать, не блокировать, не рассеивать и не срывать мирные собрания без веских на то оснований, а также не налагать санкции на участников или организаторов без законных оснований (пункт 23).
На государствах-участниках лежат определенные позитивные обязанности по содействию проведению мирных собраний и созданию условий для достижения их участниками своих целей.
Например, может потребоваться перекрыть улицы, перенаправить движение или обеспечить безопасность (пункт 24)

Мониторинг и общественный контроль

Особо важную роль в полном осуществлении права на мирные собрания играют журналисты, правозащитники, наблюдатели на выборах и другие лица, участвующие в мониторинге или отчетности в отношении собраний. Эти лица имеют право на защиту в соответствии с Пактом . Им не может быть запрещено выполнять эти функции или необоснованно ограничивать их выполнение, в том числе в части мониторинга действий сотрудников правоохранительных органов. Они не должны подвергаться репрессиям или преследованиям в иной форме, а их оборудование не должно конфисковываться или повреждаться . Даже если собрание объявлено незаконным или разогнано, это не означает прекращения права вести мониторинг. Мониторинг собраний является одним из примеров надлежащей практики для независимых национальных правозащитных учреждений и неправительственных организаций (пункт 30).

Требования к допустимым ограничениям права на мирные собрания

Любые ограничения права на свободу мирных собраний должны быть необходимыми, соразмерными (то есть должны быть минимальными). Если эта обязанность не соблюдается, то статья 21 будет нарушена (пункты 8, 36, 37, 40).
При введении любых ограничений следует руководствоваться целью содействия осуществлению этого права, а не стремиться наложить излишние и несоразмерные ограничения . Ограничения не должны носить дискриминационного характера, ущемлять суть права или быть направлены на создание препятствий для участия в собраниях или оказание сдерживающего воздействия (пункт 36).
Запрет на проведение конкретного собрания может рассматриваться только как крайняя мера (пункт 37).
... Если безопасность государства ослаблена как раз по причине подавления прав человека, данный критерий не может служить основанием для дальнейших ограничений, включая права на мирные собрания (пункт 42).
Под общественным порядком понимается сумма норм, которые обеспечивают надлежащее функционирование общества, или ряд основополагающих принципов, на которых основывается общество, что также подразумевает уважение прав человека, включая право на мирные собрания . Государствам-участникам не следует руководствоваться расплывчатым определением общественного порядка для обоснования чрезмерно широких ограничений права на мирные собрания (пункт 44).
Собрания представляют собой законный способ использования общественных и других пространств, и поскольку в силу своего характера они могут создать определенные помехи для нормальной жизни, такие помехи должны допускаться (пункт 47).
Ограничения на проведение мирных собраний не должны использоваться, прямо или косвенно, для подавления выражения политической оппозиции тому или иному правительству , вызовов в адрес властей, включая призывы к демократическим изменениям в государственном управлении, конституции или политической системе, или стремления к самоопределению (пункт 49).
Неопределенного риска насилия или простой возможности того, что органы власти окажутся не способны предотвратить или нейтрализовать насилие, исходящее от противников проведения собрания, недостаточно [для ограничений] (пункт 52).
Ношение участниками собрания аксессуаров, закрывающих лицо, ...может являться элементом выражения мнения участниками мирного собрания или способом защиты от репрессий или конфиденциальности частной жизни, в том числе в контексте новых технологий наблюдения. Участникам следует позволять сохранять анонимность (пункт 60).

Обязанности и полномочия правоохранительных органов

Сотрудники правоохранительных органов должны уважать и обеспечивать осуществление основных прав организаторов и участников, защищая при этом журналистов , лиц, ведущих мониторинг, и наблюдателей, медицинский персонал и иных граждан. Органам власти следует, в качестве основного подхода, стремиться в случае необходимости содействовать проведению мирных собраний (пункт 74).
Сотрудникам правоохранительных органов следует прилагать усилия для деэскалации ситуаций.
Они обязаны исчерпать ненасильственные средства (пункт 78).
Для охраны общественного порядка во время собраний следует направлять только сотрудников правоохранительных органов, прошедших подготовку по соответствующим вопросам, включая применимые стандарты в области прав человека. Военнослужащих для обеспечения общественного порядка в ходе собраний [как правило] задействовать не следует (пункт 80).
Профилактическое задержание конкретных лиц, с тем чтобы помешать их участию в собраниях, может представлять собой произвольное задержание, которое несовместимо с правом на мирные собрания. Практика неизбирательных массовых арестов до, во время или после собрания является произвольной и, следовательно, неправомерной (пункт 82).
Рассеивание собрания может осуществляться только в исключительных случаях (пункт 85).
Сотрудникам правоохранительных органов в форме во время собраний всегда следует носить на виду легко распознаваемые знаки идентификации их личности (пункт 89).
Участники, журналисты и наблюдатели также имеют право на осуществление видеосъемки сотрудников правоохранительных органов (пункт 94).
Фото сотрудника Центра Э с Сыктывкара.

Вот так выглядят оперативные сотрудники в толпе на мероприятии.
Минуту назад этот человек стоял со всеми в толпе и снимал телефон, а после он даёт указания полиции , кого задерживать.

Так задержали нашего коллегу с Сыктывкара

Он защищал протестующих на митинге
Выиграли сегодня суд.
Освободили человека из спецприемника для иностранных граждан.
Channel photo updated
В Бурятии задержали нашего юриста Евгения Хасоева
СК подозревает нашего юриста Евгения Хасоева в посягательстве на сотрудника власти, - ясно.
С применением шила и ножа, - ну, ага.
А изымают ноутбук... Ноутбук, Карл. Ты понял?
Не шило и нож, а ноутбук.

То есть, верно я понял логику следствия, что Женя хотел прибить пристава ноутбуком?

Безусловно, мы не можем поощрять преступления, да, мы против криминала, а я лично, против насилия, и угрозу представителям власти не могу оправдать.

Но, причём тут наша оргтехника опять.

Это становится традицией, изымать оргтехнику у юристов «Сибири без пыток» раз в год ?
Полицейский, которого вместе с двумя его коллегами обвиняют в пытках домохозяйки, объяснил, почему не получилось заставить пострадавшую что-нибудь подписать.

На суде по делу трех полицейских из Усолья-Сибирского, которых обвиняют в пытках местной жительницы Марины Рузаевой, закончился допрос пострадавшей. Интересы Рузаевой представляют «Общественный вердикт» и «Сибирь без пыток».

Допрос начался еще в декабре прошлого года и длился нескольких судебных заседаний. Как и в других делах, где «Общественный вердикт» представляет интересы людей, переживших пытки, подсудимые и их защитники пытались выставить пострадавшую в отрицательном свете, запутать, обвинить во лжи и желании оговорить «честных сотрудников».

Сегодня подсудимый Корбут долго допытывался у Рузаевой, почему если ей «причиняли телесные повреждения» [слово «пытки» он, конечно, произносить не стал] и она уже была готова подписать все что угодно, что же не подписала? Рузаева ответила, что видимо полицейским не удалось добиться, чтобы она правильно сказала то, что от нее требовали. И посоветовала вопрос Корбута адресовать самому себе и подельникам. После этого подсудимый произнес фразу, которая наверняка заинтриговала суд: «Видимо были другие причины, я то знаю».

Напомним, что полицейские Александр Корбут, Денис Самойлов и Станислав Гольченко свою вину в пытках полностью отрицают.

В новогодние праздники 2016 года домой к Марине Рузаевой пришли полицейские. В соседнем дворе произошло убийство, и оперативники попросили Марину съездить с ними в отдел и попробовать по фотографиям вспомнить, может она кого из подозреваемых могла видеть. Рузаева согласилась, тем более что в небольшом Усолье-Сибирском «все друг друга знают». Однако в полиции со свидетельницей решили не разговаривать, а просто пристегнули наручниками к лавке, надели на голову пакет и стали избивать. При этом полицейские использовали электрошокер. Пытки продолжались несколько часов. Подробнее о деле Марины Рузаевой. https://aftertorture.org/story/ruzaeva.
Вопросы подсудимого Корбута и ответы пострадавшей Рузаевой, эксклюзив, только у нас. Это о том, как подсудимый практически признаётся в пытках, но...., я то знаю, говорит подсудимый...
#ПроПытки Сегодня прошел очередной суд по делу о пытках Марины Рузаевой тремя оперативниками Усольской полиции - Корбутом, Гольченко, Самойловым. Резюме по этому делу можно ограничиться в аудиозаписи выше, где Корбут в суде, задавая вопросы Рузаевой, говорит о том, что он то знает, почему Рузаева не подписала то, о чем ее просили, когда она была наедине с тремя подсудимыми. Между тем, все стало ясно и с Денисом Самойловым. Ниже вы можете ознакомиться с приговором по нему, который вынесен Усольским городским судом. Подсудимому и ранее вменяли то, что являясь оперативным уполномоченным он злоупотреблял должностными обязанностями, вопреки интересам службы из личной заинтересованности. В том суде, над Самойловым и двумя другими оперативниками, суд нашел доказанным, что подсудимые представили материалы ОРМ с поддельными подписями и надписями от имени участников по трем эпизодам, по которым в дальнейшем были возбуждены уголовные дела. При этом, их действия повлекли к прекращению уголовных дел. Думаю, потому что добытые доказательства совершения наркоторговцами преступлений не были легализованы в соответствие с требовании УПК, а были вот так вот, как указано в приговоре, искусственно созданы операми. По данному приговору, подсудимый по нашему делу - Денис Самойлов, был оправдан из-за отсутствия состава, в связи с тем, что не было существенного вреда от его вредных действий.
https://telegra.ph/Prigovor-Denisa-Samojlova-02-10-2
Согласно ст. 241 судебное заседание в судах Российской Федерации ведётся гласно. Это означает открытость суда.

Гласность обеспечивает защиту и охрану прав участников уголовного процесса. И, позволяет участникам контролировать ход процесса.

Сейчас судья Усольского суда Наталья Конева фактически закрыла процесс по пыткам Марины Рузаевой, подсудимыми по которым являются трое оперативников - Корбут, Самойлов, Гольченко.

Подсудимые пожаловались судье на то, что потерпевшая или ее представитель ведут аудиозапись суда и постят аудио на нашем канале.

Кстати, в нем вы можете послушать, как подсудимый Корбут фактически признаётся в том, что ему вменяют, говоря, «... я знаю», когда речь идёт о том, почему именно пытали Рузаеву.

Судья Наталья Конева сейчас рассматривала вопрос об удалении защитника Рузаевой из зала суда, и запретила ему использовать аудиозапись, оставив право вести письменную запись.

«Вот тебе, бабка, и Юрьев день»!

Основополагающе право участника суда не просто грубо попрано, вопреки ст. 42 УПК, суд решил возможности потерпевшую контролировать ход суда, так как только аудиозапись может доказать те или иные нарушения в процессе.
Тем самым, нарушено право потерпевшей на защиту.

Вместо надежды на адекватное правосудие, потерпевшая как будто получила оплеуху, за то, что она пришла в суд.

Фактически, суд перешёл в закрытый режим, хотя де юро - заседание открытое.