Павел Дуров все еще находится в миграционной тюрьме в аэропорту Ле Бурже, сообщили «Соте» в суде (Tribunal de Paris)

Дурова смогут удерживать там в течение 4 суток (исчисляются с вечера субботы), за это время должно быть принято решение о рассмотрении его дела.

На протестовавшего в Москве против преследования Павла Дурова либертарианца Владислава Мазура составили протокол о неповиновении полиции и оставляют на ночь в полиции – «ОВД-Инфо».

МИД Украины сообщил о высокой вероятности нападения белорусских войск из Гомельской области:

«Вооруженные Силы Республики Беларусь под видом учений сосредотачивают значительное количество личного состава, в частности Сил специальных операций, вооружения и военной техники, включая танки, артиллерию, РСЗО, средства ПВО и инженерную технику, в Гомельской области вблизи северных границ Украины. Также зафиксировано присутствие наемников бывшей ЧВК «Вагнер».

Телеграм выпустил официальное заявление в связи с преследованием Павла Дурова:

Telegram соблюдает законы ЕС, включая Закон о цифровых услугах — его модерация соответствует отраслевым стандартам и постоянно совершенствуется;

генеральному директору Telegram Павлу Дурову нечего скрывать, и он часто путешествует по Европе;

абсурдно утверждать, что платформа или ее владелец несут ответственность за злоупотребление этой платформой;

почти миллиард пользователей по всему миру используют Telegram как средство общения и источник важной информации.

Сын Рамзана Кадырова Адам добавил к коллекции своих наград орден имени собственного деда – Ахмата Кадырова.

В Саратове беспилотник врезался в высотное жилое здание, пострадали несколько человек, за жизнь одной женщины борются врачи, рассказал губернатор региона Роман Бусаргин.

Помимо Саратова БПЛА попал и в жилой дом в Энгельсе, информации о жертвах и пострадавших нет.

Фото: Роман Бусаргин

Советник по безопасности Reuters погиб в Краматорске (контролируется Украиной) при ударе по гостинице

38-летний Райан Эванс — бывший британский военный, работал в агентстве с 2022 года и консультировал журналистов по вопросам безопасности при работе в Украине и Израиле.

Он пропал без вести ночью 25 августа после удара ракетой «Искандер» по гостинице «Сапфир», где находились шесть членов съемочной группы Reuters. Два журналиста получили ранения и были доставлены в больницу, трое остальных находятся в безопасности.

Фото: Reuters

Александр Шестун рассказал, что администрация колонии требовала с него 10 рублей за стирание с его лица крови после пыток

По словам Шестуна, в Тверской области началась проверка местного управления ФСИН — с визитом прибыли представители федерального ФСИН, Генпрокуратуры и Следственного комитета. Он утверждает, что из-за этого его на неделю «спрятали» в ИВС МО МВД «Бежецкий», чтобы избежать его встречи с проверяющими.

Шестун также пишет, что в ПКТ ИК-10 «Васильевский Мох» спецназ УФСИН жестоко обращается с арестантами, а медработники закрывают глаза на происходящее и не оказывают должную помощь пострадавшим: например, Татьяна Пиманова, врио начальника медчасти, которая, по его словам, смеялась, наблюдая, как начальник СИЗО-1 Дмитрий Лебедев избивал арестантов пряжкой ремня. Шестун пишет, что встречал заключенных со свежими порезами вен — так они протестовали против пыток.

«Полчаса я воспитывал начальника МСЧ-69 ФСИН Дениса Ильина в ИК-6 Бежецка, куда он приволок идиотский и аморальный иск на 44 листах А-4 в суд о взыскании с меня 10 рублей 17 копеек (!!!) за вытирание крови с лица хлоргексидином после нанесения начальником СИЗО-1 Дмитрием Лебедевым мне пяти ударов кулаком по лицу.
Мало того, тюремные врачи не только не зафиксировали травмы, но еще и обвинили меня в том, что я сам себя избил. Судья Бежецка Смирнова В.Е. не поверила МСЧ-69 ФСИН и в иске им отказала», — рассказывает политзаключенный.

В 2018 году Шестун был арестован по обвинению в злоупотреблении должностными полномочиями, получении взятки и незаконном предпринимательстве. За год до этого он публично заявил о давлении на него со стороны ФСБ и других высокопоставленных лиц, которые, по его словам, требовали его отставки за критику коррупции и угрожали уголовным преследованием.

Фото: Геннадий Гуляев / «Коммерсант»