📣 Обращение Лены Патяевой, организатора кампании по поиску Седы Сулеймановой

Я подруга Седы Сулеймановой и одна из организаторок сегодняшних акций в честь Седы в разных городах мира.

Я понимаю все возможные риски и осознанно их принимаю. Я не боюсь последствий. Я хочу рассказать нашу настоящую историю, потому что только я могу это сделать. Я хочу рассказать о том, как буквально за несколько дней удалось найти людей в 5 разных странах, готовых выйти и поддержать Седу. Среди тех, кто вышел сегодня на акции и попал на фотографии нет ни одного человека, с которым я была бы знакома в жизни, и всего один человек, с которым я была знакома ещё до всего этого - лишь по переписке.

Сегодняшний день перевернул мои представления о мире. Я узнала на своём опыте, что такие понятия как «человечность», «солидарность», «коллективные действия», «товарищество», «сестринство» и «братство» – это не выдумка романтических писателей и социалистов-утопистов, а настоящая реальность. Мы, люди, сами себя недооцениваем. Мы все способы на гораздо большее, чем мы привыкли от себя ждать.

Месяц назад, 1 февраля, я стояла на холоде у здания прокуратуры в Питере, и была абсолютно одинока. В тот день мне казалось, я одна стою против всего мира. Казалось, только мне одной и было дело до жизни и смерти моей близкой подруги. За два дня до пикета, когда я уже планировала эту акцию, я неожиданно узнала слухи об убийстве Седы. Я не могу передать словами, какой шок и горе я испытала. Но благодаря поддержке близких друзей я смогла заставить себя вопреки всему не верить в слухи. Я надела на лицо маску каменного спокойствия и вышла на пикет.

Даже среди моих друзей и близких почти никто не знал заранее, что я выйду на пикет и стану с открытым лицом и под своим настоящим именем общаться со СМИ. Многие из тех, кто знали, отговаривали меня. Они были уверены, что ничего хорошего я никогда не смогу добиться таким способом – только собственной преждевременной смерти.

И месяц назад мне и самой порой казалось, что они правы. Я как будто сама добровольно залезла в какую-то ужасную комнату без окон и с сотней запертых снаружи дверей – как в страшном квесте. И я билась в эти несуществующие окна и ломилась в эти закрытые двери. Я писала сотни писем, ответом на которые была равнодушная холодная тишина. Я выла от отчаяния, но продолжала писать дальше, днями и ночами.

И в конце концов, благодаря одному прекрасному человеку, чьё имя я не могу назвать, я смогла осознать, где же в этой воображаемой страшной комнате находится настоящая дверь - выход наружу, из тюремного заточения к свету и свежему воздуху. Я смогла открыть эту дверь. Мои письма перестали быть безответными. Настоящие люди, обычные люди, простые люди по всему миру меня услышали и получили наконец мои послания. И эти люди, которые никогда раньше не то что меня не видели, но даже не подозревали о моем существовании - они мне помогли.

Эти люди никогда не знали не только меня – они не знали Седу. Многие из них даже не слышали о ней, а для тех, кто слышал, она всё равно была лишь мимолётной картинкой из новостей. Но в отличие от всевозможных официальных инстанций, до которых невозможно достучаться даже с железной кувалдой в руке – к этим людям мне стучаться не пришлось, они сами открыли мне дверь, как только увидели меня на своём пороге. Они не отвернулись, не закрылись, не прошли мимо – вместо этого они протянули мне руки через страны и континенты. Они с первых же моих слов, с первых же просьб о помощи включались эмоционально и физически в историю Седы и делали всё от них зависящее, чтобы помочь ей.

И я не собираюсь об этом молчать. Я не собираюсь трусливо прятаться за чьи-то спины, за безличные и анонимные формы слов. Эти акции организовали не некие безымянные силы - эти акции организовали мы сами. С нуля. Буквально из ничего.

И мы на этом не остановимся. Сегодня ничего ещё не закончилось – только началось. Мы будем бороться за право Седы на жизнь, до тех пор, пока она не окажется на свободе. Вопреки всему я верю, что она всё ещё жива. И я не сдамся и не остановлюсь, пока не спасу её.