📕 Сухов — Юматов, и не «Солнце...», а «Басмачи»

Вышла книга дневников и воспоминаний режиссера Владимира Мотыля. Лариса Малюкова рассказывает, в каких условиях Мотыль, впавший в немилость советской цензуры и чиновников, снимал главный российский истерн — «Белое солнце пустыни».

Запись Мотыля: «...После скандала с «Женей, Женечкой и "катюшей"» я попал под запрет на профессию. Жизнь казалась пропавшей, в кинематограф вернуться мне не светило. Все мои заявки срезались на корню. Баскаков, первый зампред Госкино, поклялся, что пока он сидит в кресле, этот Мотыль больше снимать не будет»...

Но в руки режиссеру попал сценарий Рустама Ибрагимбекова. Взялся за него тот вынужденно — не разрешали ставить картину о декабристах, о которой он мечтал многие годы.

Бесхозный сценарий на «басмачевскую тему» предлагали снимать Кончаловскому, Жалакявичусу, Чулюкину, Тарковскому. Вообразите, каким неожиданным могло бы стать «Солнце» русского истерна. Да и «Солнце» ли? Фильм назывался вначале «Басмачи», потом «Пустыня», «Спасите гарем» и, наконец, «Белое солнце пустыни».

Теперь судьба режиссера полностью зависела от успеха фильма. Уже во время написания сценария с Ежовым и Ибрагимбековым он раскладывает пасьянс кастинга:

Актеры:
Сухов — Ульянов? Фролов?
Саид (фокусник) — Мишулин
Верещагин — Папанов, А. Ильин
Телеграфист (Музейный работник) — О. Даль
Петруха — Губенко? Юденич?
Абдулла — Коберидзе….

Были пробы. И на главную роль прошел советский мачо Юматов. Если бы сложилось, эта версия была бы ближе к американскому вестерну.

«А дальше, — вспоминает Мотыль, — мистика! В первый же съемочный день в Питере, отправляясь в экспедицию в Лугу, мы заехали в гостиницу за Юматовым. Ассистент и администратор вернулись бледные, говорят: "У него нет лица". Оказалось, Юматов, человек горячий, накануне ввязался в драку. Его избили...»

Мотыль позвонил Кузнецову...

⚡️ Читайте рекомендацию Ларисы Малюковой.

▪️ Не открылась ссылка? Читайте тут