#Разговоры
В поликлинике
ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА
– Это вы Галямина?
– Да, добрый день.
– Как хорошо, что я вас встретила. Не знаю, с кем поговорить. А вы все-таки в политике разбираетесь… Когда это все уже кончится. Невозможно уже, мы все очень устали…
– Если бы я знала. Политологи несколько сценариев называют. Но кажется, что даже Путин сам не знает, когда это все кончится.
– А что нам-то делать? Мы ни на что не можем повлиять, ничего от нас не зависит.
– Разговаривать с людьми. Ведь люди не доверяют ни телевизору уже, ни социальным сетям. Они доверяют только тем, кого лично знают.
– Ну у меня вокруг все против. А с теми, кто за, мы эти темы не поднимаем, не слышат меня…
– А вы попробуйте задавать вопросы. Утверждения бесполезны. Вопросы заставляют задуматься. Ну и говорить с теми, кто начал сомневаться. Я думаю, что таких много.
– Но что это поменяет?
– Вы знаете, в чем причина происходящего в нашей стране? То, что люди не хотели все это время делать что-то за порогом своей квартиры. Вот есть Путин, пусть он и решает. Вот он и решил…
Так что для того, чтобы все изменить, надо вовлечь людей в общественную жизнь, пробудить в них чувство ответственности за происходящее за порогом дома. Поэтому и начинать можно не напрямую со спецоперации. Можно начать с чего-то локального, того, что близко. Вот вы оставили уже подпись против закрытия больницы? Это можно сделать у нас в кофейне. А еще лучше – пройтись по дому и собрать подписи с соседей.
Это небольшое действие, которое помогает приобщить людей к общественному. Страна изменится только тогда, когда люди вернутся в политику. Но для этого мы все должны прилагать усилия. Те, кто понимает уже сейчас, как это важно.
– Спасибо, я попробую. Как хорошо, что я вас встретила.
В поликлинике
ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА
– Это вы Галямина?
– Да, добрый день.
– Как хорошо, что я вас встретила. Не знаю, с кем поговорить. А вы все-таки в политике разбираетесь… Когда это все уже кончится. Невозможно уже, мы все очень устали…
– Если бы я знала. Политологи несколько сценариев называют. Но кажется, что даже Путин сам не знает, когда это все кончится.
– А что нам-то делать? Мы ни на что не можем повлиять, ничего от нас не зависит.
– Разговаривать с людьми. Ведь люди не доверяют ни телевизору уже, ни социальным сетям. Они доверяют только тем, кого лично знают.
– Ну у меня вокруг все против. А с теми, кто за, мы эти темы не поднимаем, не слышат меня…
– А вы попробуйте задавать вопросы. Утверждения бесполезны. Вопросы заставляют задуматься. Ну и говорить с теми, кто начал сомневаться. Я думаю, что таких много.
– Но что это поменяет?
– Вы знаете, в чем причина происходящего в нашей стране? То, что люди не хотели все это время делать что-то за порогом своей квартиры. Вот есть Путин, пусть он и решает. Вот он и решил…
Так что для того, чтобы все изменить, надо вовлечь людей в общественную жизнь, пробудить в них чувство ответственности за происходящее за порогом дома. Поэтому и начинать можно не напрямую со спецоперации. Можно начать с чего-то локального, того, что близко. Вот вы оставили уже подпись против закрытия больницы? Это можно сделать у нас в кофейне. А еще лучше – пройтись по дому и собрать подписи с соседей.
Это небольшое действие, которое помогает приобщить людей к общественному. Страна изменится только тогда, когда люди вернутся в политику. Но для этого мы все должны прилагать усилия. Те, кто понимает уже сейчас, как это важно.
– Спасибо, я попробую. Как хорошо, что я вас встретила.
Брянск глазами обывателя
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГАЛЯМИНОЙ ЮЛИЕЙ ЕВГЕНЬЕВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ГАЛЯМИНОЙ ЮЛИИ ЕВГЕНЬЕВНЫ 18+
Я не очень хотела комментировать историю вылазки националистов из Русского добровольческого корпуса в Брянскую область. В этой истории очень мало ясности. Но сегодня у меня произошел один из разговоров со случайными знакомыми, которые я считаю важным вести и ради которых, в том числе, я и остаюсь в России.
Сегодня такой разговор случился в бассейне.
– Я сейчас учусь петь, а потом медитацию запишу на похудение. Пришлю вам, девочки! – гордо сообщает дама моих лет в цветном купальнике мне и еще одной слушательнице.
– А как это работает? – искренне заинтересовалась я с тем, чтобы передать своей тренерше и вызвать ее искреннее возмущение («Похудеть можно только за счет диеты и спорта», – скажет она мне, как обычно).
– Ну энергию концентрируешь и посылаешь создателю. И худеешь. Так любые желания могут исполняться, – с уверенностью отвечает моя собеседница.
– А нельзя ли записать медитацию на окончание войны? – иду я ва-банк.
– Ну это слишком сложно. Для этого другой способ: надо собраться вместе в энергетический круг и вместе общаться с богом. Но бог на нас смотрит как на букашек, он специально все это затеял. Война нужна для того, чтобы проверить каждого, кто смелый, а кто трус, кто за добро, а кто за зло, – возвышенно произносит женщина, но из ее ответа остается неясно, за СВО она или против.
– Какой-то жестокой ценой. Вам не кажется? Детей-то жалко, – пытаюсь прояснить ситуацию я.
– А они что же 8 лет Донецк бомбили? Им было не жалко? – проясняет свою позицию заученными словами из телевизора дама в цветном.
– Кто, дети? Дети точно никого не бомбили! – возмущаюсь я.
– Да не дети! А взрослые! И к тому же детей никто и не убивает. Наши по мирным гражданам не бьют.
– Ну вы меньше-то телевизор смотрите, – вступает еще одна наша собеседница в красном купальнике.
– Я и не смотрю. И ничего не смотрю. Я вообще политикой не интересуюсь. Мы всей правды не узнаем! – парирует дама в цветастом еще одной стандартной фразой.
– Ну вы же понимаете, что они, как мы в Чечне действовали, на своей территории. Но наша-то страна тут при чем, что ж мы-то к ним пошли? – подкидывает аргументы дама в красном.
– Ну если бы не мы пошли, они б на нашу территорию напали, – достает из несуществующего рукава еще один пропагандистский аргумент любительница медитаций.
– Ну так не нападали же! Откуда ж эта уверенность, что напали бы? Даже сейчас не вторгаются, хотя Путин такой им повод дал, – привожу я тоже вполне стандартный довод.
– Ну а что в Брянске-то было? Вот и смотрите сами, все подтверждается!
Собственно ради этой фразы я и привела здесь весь диалог.
Дальше я, конечно, сказала, что это не НАТО, а русские националисты, а дама в красном – что это провокация. Но не уверена, что наша собеседница нам поверила.
Мне пора было уходить, да и ей самой надо было прыгать в бассейн – начиналась аквааэробика. Надо сказать, что и говорили мы, и расстались вполне мирно, без агрессии и злобы друг на друга, придя к консенсусу, что каждый имеет право иметь свое мнение и что, возможно, первыми нападать не стоило.
Но что интересно. Такие акции, как в Брянске, укрепляют сторонников СВО в своей правоте. Ведь и в самом деле: как и говорит Путин, нападает на нас НАТО. И неважно, что руками «предателей», нападает же.
Я уверена, что только мирный, ненасильственный, неагрессивный способ донесения своей позиции может перевести людей из позиции «я политикой не интересуюсь» в пусть неактивную, но антивоенную позицию. Только так она может стать позицией большинства. Ведь в таком случае на нашей стороне – понятные и привлекательные ценности жизни, здоровья, семьи. А вот вместо одной войны предлагать другую, гражданскую – это вряд ли эффективная стратегия. Не говоря уж про этическую сторону вопроса.
#разговоры
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГАЛЯМИНОЙ ЮЛИЕЙ ЕВГЕНЬЕВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ГАЛЯМИНОЙ ЮЛИИ ЕВГЕНЬЕВНЫ 18+
Я не очень хотела комментировать историю вылазки националистов из Русского добровольческого корпуса в Брянскую область. В этой истории очень мало ясности. Но сегодня у меня произошел один из разговоров со случайными знакомыми, которые я считаю важным вести и ради которых, в том числе, я и остаюсь в России.
Сегодня такой разговор случился в бассейне.
– Я сейчас учусь петь, а потом медитацию запишу на похудение. Пришлю вам, девочки! – гордо сообщает дама моих лет в цветном купальнике мне и еще одной слушательнице.
– А как это работает? – искренне заинтересовалась я с тем, чтобы передать своей тренерше и вызвать ее искреннее возмущение («Похудеть можно только за счет диеты и спорта», – скажет она мне, как обычно).
– Ну энергию концентрируешь и посылаешь создателю. И худеешь. Так любые желания могут исполняться, – с уверенностью отвечает моя собеседница.
– А нельзя ли записать медитацию на окончание войны? – иду я ва-банк.
– Ну это слишком сложно. Для этого другой способ: надо собраться вместе в энергетический круг и вместе общаться с богом. Но бог на нас смотрит как на букашек, он специально все это затеял. Война нужна для того, чтобы проверить каждого, кто смелый, а кто трус, кто за добро, а кто за зло, – возвышенно произносит женщина, но из ее ответа остается неясно, за СВО она или против.
– Какой-то жестокой ценой. Вам не кажется? Детей-то жалко, – пытаюсь прояснить ситуацию я.
– А они что же 8 лет Донецк бомбили? Им было не жалко? – проясняет свою позицию заученными словами из телевизора дама в цветном.
– Кто, дети? Дети точно никого не бомбили! – возмущаюсь я.
– Да не дети! А взрослые! И к тому же детей никто и не убивает. Наши по мирным гражданам не бьют.
– Ну вы меньше-то телевизор смотрите, – вступает еще одна наша собеседница в красном купальнике.
– Я и не смотрю. И ничего не смотрю. Я вообще политикой не интересуюсь. Мы всей правды не узнаем! – парирует дама в цветастом еще одной стандартной фразой.
– Ну вы же понимаете, что они, как мы в Чечне действовали, на своей территории. Но наша-то страна тут при чем, что ж мы-то к ним пошли? – подкидывает аргументы дама в красном.
– Ну если бы не мы пошли, они б на нашу территорию напали, – достает из несуществующего рукава еще один пропагандистский аргумент любительница медитаций.
– Ну так не нападали же! Откуда ж эта уверенность, что напали бы? Даже сейчас не вторгаются, хотя Путин такой им повод дал, – привожу я тоже вполне стандартный довод.
– Ну а что в Брянске-то было? Вот и смотрите сами, все подтверждается!
Собственно ради этой фразы я и привела здесь весь диалог.
Дальше я, конечно, сказала, что это не НАТО, а русские националисты, а дама в красном – что это провокация. Но не уверена, что наша собеседница нам поверила.
Мне пора было уходить, да и ей самой надо было прыгать в бассейн – начиналась аквааэробика. Надо сказать, что и говорили мы, и расстались вполне мирно, без агрессии и злобы друг на друга, придя к консенсусу, что каждый имеет право иметь свое мнение и что, возможно, первыми нападать не стоило.
Но что интересно. Такие акции, как в Брянске, укрепляют сторонников СВО в своей правоте. Ведь и в самом деле: как и говорит Путин, нападает на нас НАТО. И неважно, что руками «предателей», нападает же.
Я уверена, что только мирный, ненасильственный, неагрессивный способ донесения своей позиции может перевести людей из позиции «я политикой не интересуюсь» в пусть неактивную, но антивоенную позицию. Только так она может стать позицией большинства. Ведь в таком случае на нашей стороне – понятные и привлекательные ценности жизни, здоровья, семьи. А вот вместо одной войны предлагать другую, гражданскую – это вряд ли эффективная стратегия. Не говоря уж про этическую сторону вопроса.
#разговоры
#Разговоры
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГАЛЯМИНОЙ ЮЛИЕЙ ЕВГЕНЬЕВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ГАЛЯМИНОЙ ЮЛИИ ЕВГЕНЬЕВНЫ 18+
Захожу в метро на Новокузнецкой. Передо мной два сотрудника Росгвардии проходят по одной социальной карте.
Догоняю их на эскалаторе. Один — прожженый, лет 30. Второй — совсем юнец.
— Товарищи росгвардйцы, а вам не стыдно нарушать правила?
— Какие правила мы нарушаем?
— Правила метрополитена, нельзя проходить зайцем!
— Вам что-то не нравится? Пишите жалобу руководству. Мы важное задание выполняем.
— Я не к руководству хочу обратиться, а к вашей совести. Ок, вам уже все равно. Но ваш коллега — совсем юный! Вы же должны, молодой человек понимать, что нельзя быть защитником закона и закон нарушать.
Молодой молчит, уши его краснеют. Старший отвечает:
— Вы многого не знаете! Я вот только оттуда!
— При чем тут мои знания. Нарушать правила — это ненормально.
— А то, что мы на территории Украины — это нормально?
— Нет, — ошеломленно отвечаю я.
— То-то!
Эскалатор доехал, герои пьесы спешным шагом уходят со сцены.
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГАЛЯМИНОЙ ЮЛИЕЙ ЕВГЕНЬЕВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ГАЛЯМИНОЙ ЮЛИИ ЕВГЕНЬЕВНЫ 18+
Захожу в метро на Новокузнецкой. Передо мной два сотрудника Росгвардии проходят по одной социальной карте.
Догоняю их на эскалаторе. Один — прожженый, лет 30. Второй — совсем юнец.
— Товарищи росгвардйцы, а вам не стыдно нарушать правила?
— Какие правила мы нарушаем?
— Правила метрополитена, нельзя проходить зайцем!
— Вам что-то не нравится? Пишите жалобу руководству. Мы важное задание выполняем.
— Я не к руководству хочу обратиться, а к вашей совести. Ок, вам уже все равно. Но ваш коллега — совсем юный! Вы же должны, молодой человек понимать, что нельзя быть защитником закона и закон нарушать.
Молодой молчит, уши его краснеют. Старший отвечает:
— Вы многого не знаете! Я вот только оттуда!
— При чем тут мои знания. Нарушать правила — это ненормально.
— А то, что мы на территории Украины — это нормально?
— Нет, — ошеломленно отвечаю я.
— То-то!
Эскалатор доехал, герои пьесы спешным шагом уходят со сцены.