Forwarded from Попячечная 🌚
Между прочим, моя юность выглядела и звучала РОВНО ТАК.
Я не помню, на какой кассете было записано это видео, но оно было.
В нем — вообще всё. А футболки и прочий мерч KMFDM я до сих пор религиозно покупаю. Жил в Москве — ходил на все концерты, но сюда они не ездят, увы.
https://www.youtube.com/watch?v=cCbUMEooHhI
Я не помню, на какой кассете было записано это видео, но оно было.
В нем — вообще всё. А футболки и прочий мерч KMFDM я до сих пор религиозно покупаю. Жил в Москве — ходил на все концерты, но сюда они не ездят, увы.
https://www.youtube.com/watch?v=cCbUMEooHhI
YouTube
Manga Video Trailer
a high quality classic Manga Video Commercial that was used from the late 1990's.
Тут довольно давно не было политики. У меня на это нет сил, честно скажу.
Сегодня Ане Павликовой продлили срок пребывания в СИЗО на месяц, и это кромешный пиздец. Ей 18, а обвиняют ее в том, что она участвовала в экстремистском сообществе, которое организовал через Телеграм сотрудник ФСБ.
Вы не представляете, каких размеров у меня чувство вины — и за то, что уехал, и за то, что не мог не уехать, и за то, что ничем не могу помочь. Никому не могу помочь.
Я не мог не уехать — из меня слишком легко было бы добыть данные обо всех, кто писал неприятные вещи на Лурк. Я не мог, потому что на меня слишком легко было бы давить — через родственников, друзей, прямым шантажом… И самое жуткое — что мне многие говорили «расслабься, прекрати, ну никто не будет тебя трогать, ты популярен, живи, пока дают!»
Я выбрал бегство, нищету и депрессию. Бесконечный стыд. Потому что сдавать айпишники следователю из отдела Э по первому свистку я просто не смог. Это был очень хреновый выбор. И мне стыдно за то, что я уехал и за то, что я ничем не могу помочь.
Сегодня Ане Павликовой продлили срок пребывания в СИЗО на месяц, и это кромешный пиздец. Ей 18, а обвиняют ее в том, что она участвовала в экстремистском сообществе, которое организовал через Телеграм сотрудник ФСБ.
Вы не представляете, каких размеров у меня чувство вины — и за то, что уехал, и за то, что не мог не уехать, и за то, что ничем не могу помочь. Никому не могу помочь.
Я не мог не уехать — из меня слишком легко было бы добыть данные обо всех, кто писал неприятные вещи на Лурк. Я не мог, потому что на меня слишком легко было бы давить — через родственников, друзей, прямым шантажом… И самое жуткое — что мне многие говорили «расслабься, прекрати, ну никто не будет тебя трогать, ты популярен, живи, пока дают!»
Я выбрал бегство, нищету и депрессию. Бесконечный стыд. Потому что сдавать айпишники следователю из отдела Э по первому свистку я просто не смог. Это был очень хреновый выбор. И мне стыдно за то, что я уехал и за то, что я ничем не могу помочь.